Когда президент Насер поставил во главе Вооруженных сил маршала Абдель Хакима Амера, его первой задачей было не допустить повторения случившегося летом 1967 года. С этой целью он решил установить личный и непосредственный контроль над тремя управлениями Генштаба: Управлением разведки, Управлением кадров и Управлением финансов. Через них он имел возможность влиять на дела всех других составных частей Вооруженных сил. Управление разведки сообщало ему, кто из офицеров «лоялен», а кто — нет. Действуя через Управление кадров, которое занимается вопросами карьерного роста и назначения на должности, он мог продвигать вверх лояльных, оставляя без повышения сомневающихся. Управление финансов давало ему возможность решать вопросы, как он говорил, «не отходя от кассы». Лояльных неплохо вознаграждали.
Преемники Амера на посту Министра обороны, генерал Фавзи и затем генерал Садек, сохранили эту систему. Власть привлекательна; кто, кроме святого, добровольно от нее откажется? И сколько святых найдется в армиях всего мира? У меня лично было слишком много забот как у начальника Генерального штаба, чтобы разбираться в этом. Кроме того, Садек и я дружили более 30 лет, с тех пор как вместе служили еще младшими офицерами. Но целый ряд случаев, самих по себе мелких, привел к столкновению между нами. Будучи в прошлом начальником Управления разведки, Садек хорошо знал его личный состав. Он привык звонить его служащим напрямую в обход действующего начальника. Я же, напротив, мало знал и еще меньше интересовался делами Управления разведки, довольствуясь получением от них нужной мне точной информации о противнике. Но в начале своей работы на посту начальника Генштаба я впервые получил представление о разветвленной деятельности Управления.
Находясь в моем клубе, Спортивном клубе в Гелиополисе, я беседовал с одним из отставных египетских послов, достойно послужившим своей стране. Вдруг он пожаловался мне, что без разрешения со стороны военных он не может получить визу на выезд из Египта даже на отдых. Причина состояла в том, что восемнадцать лет тому назад он был офицером вооруженных сил. Удивленный сообщением о таком неразумном правиле, я пообещал разобраться. Начальник Управления разведки подтвердил его существование. Когда я велел ему отменить это правило, он вежливо попросил меня обсудить это с министром. Садек мне отказал. Через начальника Управления разведки я узнал, что министр ведет черный список офицеров, которым запрещается покидать страну. Если это правило отменить, они смогут уехать. Я предложил передать этот список в управление полиции, выдающее визы, чтобы сберечь тысячи человеко-часов и позволить офицерам, не входящим в этот список, получать визы обычным порядком. Ну как же, сказал Садек, ведь тогда станет известно о существовании черного списка; «по соображениям безопасности» мы должны хранить сам этот факт в тайне. При автократическом режиме выражение «по соображениям безопасности» является оправданием любого акта подавления свободы.
Но это была всего лишь верхушка айсберга, мельчайшая деталь обширного механизма безопасности в распоряжении политического руководства страны. Правители Египта имели в подчинении три конкурирующих разведывательных ведомства: Управление разведки Генштаба, подчиненное министру обороны, Национальную службу разведки под непосредственным контролем президента и Управление тайных расследований в ведении Министра внутренних дел. Первые два вели работу в том числе и за пределами Египта. Третье же осуществляло слежку за гражданами Египта, особенно за военнослужащими.
Несмотря на щедрые средства, выделяемые этим аппаратам на оборудование, их методы работы были примитивными. Например, каждый агент управления разведки (я говорю об этом, потому что регулярно видел плоды их работы) просто докладывает о любом слухе, обрывке сплетен и разговоров, который до него дошел. Полученная в результате мешанина подается на рабочий стол президента в виде «настроений в вооруженных силах». На одном из моих ежемесячных совещаний с полевыми и штабными офицерами я высказался против этой бессмысленной работы. «Если мы действительно хотим знать мнение вооруженных сил по какому-либо вопросу, почему бы не подойти к этому по-научному? Распределить анкету среди членов правильно отобранной группы военных? Как полагается, объявить о результатах, вместо того, чтобы опираться на случайную болтовню?» Полевые командиры с энтузиазмом поддержали меня. Сомневаюсь, что среди них был хоть один, кто не пострадал однажды в результате оговора, искажения его слов или просто ошибки, о которой Управление разведки доложило в Генштаб и Президенту.
