С человеческими мужчиной или женщиной ещё до "излома" любая орчанка могла справиться сразу, не дожидаясь, пока её феромоны подействуют. В те времена даже представительницы слабой половины зелёного народа были гораздо сильнее людей, хоть мужчин, хоть женщин. Поэтому легко одерживали над ними верх в постели. Женщин они шпилили клитором в попу до посинения. И это отлично снимало желание. А у мужчин можно было ещё и сперму откачать. Так что молодые человеческие юноши пользовались у орчанок тогда большим спросом. Афродизиак, вырабатываемый ими, попадая в анус человеку, вызывал у того острое парализующее блаженство. А зелёным дамам очень нравилось видеть, как юноша или девушка томятся под ними. Их это ещё сильнее возбуждало, и они продолжали анальный секс снова и снова. Пока неугомонная железа не переставала вырабатывать новые соки. С мужчиной можно было также перейти на вагинальный секс и насытить удовольствие его спермой.
«А забеременеть орчанки от людей не могли?»
— Могли, — подтвердила Мара. — Но для этого надо было раз десять повторить цикл: засадить клитор в попу, впрыснуть в неё афродизиак, захватить член влагалищем и высосать сперму из члена в матку. Только тогда зачатие могло состояться, когда семени скапливалось много. Ну а если хотелось просто развлечься, четырёх-пяти таких итераций было вполне достаточно, чтобы желание угомонить. Другое дело орчанки-подростки, которые в период полового созревания от четырнадцати до восемнадцати лет могли трахаться хоть целый день. Правда, они ещё сперму не принимали и просто штырили людей в зад.
«Охренеть! — поразился я. — Не хотел бы я оказаться рабом у орчанки».
— Ну, ты как бы уже оказался, — хихикнула Мара. — Подставил Тарне зачем-то руки, позволил ей испытать такие же ощущения, как при анальном сексе с мужчиной. Естественно, она теперь будет косо смотреть на твою попку и когда-нибудь к ней точно пристроится.
«Погоди! Я не хочу!»
— Хе-хе, а кто тебя, раба, спросит. И потом, стоит тебе хотя бы один раз принять сзади струйку афродизиака орков, как все твои страхи мигом улетучатся, будешь потом сам задницу свою подставлять.
«Нет! Не хочу! Мариша меня защитит!»
— Тут ты, пожалуй, прав, — согласилась сёкая. — Она очень ревностно относится ко всем твоим девственностям, в том числе и к анальной. Так что пока сама тебя в попу не отымеет, никого другого не подпустит к тебе с этого ракурса, потому что захочет быть первой.
«А это случится нескоро, — мысленно выдохнул я. — Верно ведь?»
Но дух мне не ответила. Я подождал ещё немного и спросил:
«Эй, Мара, ты меня слышишь?»
— Да, — послышался тихий ответ будто бы издалека. — Подожди немного, нас остальная группа догнала, и я сейчас с Маришей разговариваю.
«И почему я её не слышу?»
— Потому что тело твоё в отключке находится после приёма наркотика, и только моими усилиями ты ещё пребываешь в сознании. Подожди немного. Я поговорю с хозяйкой, доложу ей результаты твоего взаимодействия с Тарной и сообщу тебе её решение.
Как потом выяснилось, весь рассказ Мары об орках и наше с ней обсуждение этой расы в реальности заняли не более тридцати секунд. Примерно столько времени попутчикам хватило, чтобы догнать ускакавшую вперёд Тарну. Сёкая телепатически отчиталась перед Маришей о происшедшем, сообщила, почему я нахожусь без сознания, и заверила её, что со мной всё в порядке. Потом она рассказала о результатах своего наблюдения за тем, как энергия блаженства орков влияет на мою ауру, и вместе они пришли к выводу, что моим веточкам контакты с орчанками не повредят. А потому и Тарна может быть допущена в круг моих пользовательниц.
Остальные попутчицы тоже обеспокоились моим состоянием и были поставлены в известность, что мне хватило дурости проглотить легендарный афродизиак орков. Да-да, именно его, ту самую препротивную для людей жидкость, которую я преспокойно слизал и теперь закономерно дрых, пребывая в наркотическом опьянении. Тарна была смущена и расстроена тем, что невольно спровоцировала моё теперешнее состояние, но Мариша сказала, что ни в чём её не винит и никакой особой беды в случившемся не видит.
Осталось только решить, что со мной делать. Оставить ли без сознания до города или разбудить с помощью магии. Но в последнем случае мне предстояло томиться от неудовлетворённого сексуального голода до конца нашего путешествия, потому что делать остановку ради очередного разврата было уже некогда. Ратуша могла закрыться к нашему приезду, и это отсрочило бы оформление документов на меня и Саню до следующего утра.
— Если его в городе разбудить, — заметила Лика, — то толку от этого тоже не будет. Подтвердить добровольность своего обращения парий сможет лишь в том случае, когда находится в трезвом уме и в твёрдой памяти, а иначе его даже слушать не станут. В итоге нас опять отправят до следующего утра. Так не лучше ли рискнуть сейчас и попробовать привести Димчика в чувство по-быстрому, — предложила она. — Может быть и успеем попасть в город до закрытия ратуши.
