Итак, вначале постучать и, получив разрешение, войти. Возле двери опуститься на колени и молча ждать дальнейших распоряжений. Ох, мама ро́дная, уж больно эти порядки напоминали мне свод правил БДСМ! Но ничего не поделаешь, если кто-то из местных женщин считает, что с рабом следует обращаться именно так, значит придётся привыкнуть.
Я сделал всё, что от меня требовалось: опустился на колени, взгляд в пол, руки за спину, жду, что дальше будет.
— Займи место в углу и сиди там, — холодно приказала мне Фиона.
Стрельнув взглядом по всем четырём углам, я обнаружил, что все они свободны.
«В какой угол сесть?» — хотел я спросить, но Мара меня остановила.
— Стой! Было бы ужасно опрометчиво об этом спрашивать, — хохотнула она, — если ты, конечно же, не любишь пытки электричеством или гравитацией.
«Но откуда мне знать, куда сесть?»
— За глазами её следить надо было, растяпа. Становись в ближний к двери угол справа от тебя.
«Спасибо», — поблагодарил я сёкаю и переполз на четвереньках в указанный угол. Хорошо хоть не требовалось словесно подтверждать принятие приказа. Постоянное и многократное «Да, Госпожа» меня бы точно доконало.
Стоило мне занять своё место и замереть там, глядя в пол, как я ощутил чувство удивления и одобрения, исходящие от магессы. Нечто подобное мог испытать экзаменатор, аттестующий нерадивого студента, который все лекции в семестре пропустил, если б услышал от него неожиданно чёткий и правильный ответ на какой-нибудь хитрый вопрос с подковыркой.
«Эта эмпатия твоих рук дело?» — спросил я у Мары.
— Ну конечно, — ответила та, — а чьих ещё-то. Вот так, дорогуша, радуйся, что я у тебя есть.
«Спасибо, Марочка!»
— Хе-хе, да не за что. Мне и самой захотелось обхитрить эту зазнайку: уж больно она строга к моему любимому вкусняшечке.
«Что теперь?» — спросил я.
— Просто сидим и ждём последующих распоряжений.
«И долго ждать придётся?»
— Минут двадцать-тридцать, — предположила сёкая. Примерно через такое время её хотелка включится в полную силу.
«Эх, долго. И скучно. И ноги у меня, наверное, затекут. Я ж не японец, не привык в этой позе долго сидеть».
— Хочешь сказать ей об этом?
«Нет конечно. Просто жалуюсь».
— Хм-м-м, но если ты очень попросишь меня, то я могла бы и скрасить тебе это времяпровождение.
«Прошу, Марочка, скрась».
— И это, по-твоему, просьба? А где комплименты для меня любимой и страстная благодарность за то, что я всегда рядом и готова руку помощи протянуть?
Я разразился длинной цветастой тирадой восхваления Мары Великой, Прекрасной и Всемогущей, которая в конце концов вызвала у духа безудержный смех. И, отсмеявшись всласть, она признала, что так сойдёт, а потом развернула экран виртуального компьютера перед моими глазами.
Ва-а-а! Это была крутизна. Я, наверное, минут пятнадцать только ползал по папкам и менюшкам, изучая всё, что есть в моём распоряжении, и так увлёкся, что не сразу почувствовал возникшее и весьма быстро нарастающее раздражение Фионы моей персоной.
— У нас проблемы, вкусняшка, — оторвала меня от новой игрушки Мара.
«Ой, точно! И что не так?»
— Госпожа должна постоянно чувствовать обратную связь со своим рабом, а тебе словно пофиг на неё: ушёл в себя и игнорируешь.
«Вот незадача, и что делать? Мне ведь даже смотреть на неё нельзя».
— Смотреть ты должен, но краем глаза, что я с успехом делаю за тебя. Вот только у неё отследить это не получается, а устроить какую-нибудь проверку твоему вниманию ей сейчас некогда, да и неохота. Поэтому и начинает потихоньку раздражаться. Короче, самый простой способ — это именно посмотреть на неё так, чтобы она это заметила.
«А мне наказание не прилетит?»
— Может и прилетит, — хихикнула Мара, — но чисто формальное. Зато Госпожа будет довольна.
«Блин, садистка. Значит, всё-таки посмотреть? Хорошо».
— Подожди, — остановила меня сёкая. — Сделать это надо в определённый момент. Я скажу, когда. — прошла пара десятков секунд, и она скомандовала: — Посмотри, но быстро. Подними глаза и тут же опусти.
Я последовал её подсказке и увидел Фиону, что-то сосредоточенно пишущую за своим столом. Она не смотрела на меня прямо, но после моего взгляда ощутила лёгкое торжество и удовлетворённость.
«Заметила? — удивился я. — Но как?»
— Хи-хи, да так же, как ты должен замечать её действия и невербальные команды — периферийным зрением.
«Ну-у-у, блин. Я так не умею».
— А ты слушайся меня, и я помогу. Посмотри сквозь экран компьютера, на пол перед собой.
Я последовал её совету, и экран моего виртуального компа совместился с изображением реальности так, словно та показывалась на его мониторе. Вот только мне одинаково чётко было видно не только то место, на которое я смотрел, но и вся периферия вокруг него.
— А теперь измени угол зрения так, чтобы не смотреть на магессу прямо, но видеть её, — предложила Мара.
Последовав её указаниям, я получил изображение Фионы в верхней части своего экрана. Теперь мне хорошо было видно, чем она занимается, но при этом прямо я на неё не смотрел.
