Инцидент с изнасилованием получил потом весьма интересное развитие. Фиона лично выпорола Клару на центральной площади имения в присутствии всех слуг и париев. Она всыпала ей пятьдесят плетей, в кровь исполосовав всю спину, да ещё использовала при этом магию электричества, заставляя бедную амазонку корчиться и кричать после каждого удара. И никто не догадывался в момент экзекуции, что вопила та вовсе не от страданий. Сама Клара мне призналась потом по секрету, что перестала чувствовать боль от ударов уже после первого их десятка. И молила Верховную [2], чтобы не кончить во время порки прямо у всех на глазах. Так что не наказание устроила ей магесса, а тайное поощрение за поступок, который в мыслях своих одобрила. Однако во время последующего разговора тет-а-тет, Фиона строго пригрозила Кларе, что если та позволит себе изнасилование кого-нибудь из свободных слуг без веской на то причины, то молнии её будут жечь, а не приносить удовольствие, так что потом можно будет срезать поджаренное мяско у той со спины и, подсолив его, делать горячие бутерброды.
Ключевым в этом предупреждении было слово "свободных", и Клара быстро смекнула, что на мужчин-париев эта угроза не распространяется. А потому можно продолжить отрабатывать свои сексуальные навыки на них. Однако всех остальных слуг мужского пола бывшая амазонка тоже хорошенечко припугнула, так что те не позволяли себе впредь не только каких-то насильственных или оскорбительных действий по отношению к женщинам-париям, но и просто пренебрежительного к ним отношения.
Приструнив свободных слуг и поняв, что тут больше ловить нечего, потому что все они стали как шёлковые, Клара начала дегустировать одного пария за другим, не особо и заморачиваясь какими-либо их провинностями. «Ты виноват лишь тем, что хочется мне секса» — таковой была её основная причина. И продолжалось это бесчинство до тех пор, пока не нашла коса на камень и не сошлись в поединке две горы. Я имею в виду Клару и Фёдора, местного кузнеца. Этот богатырь (иначе и не назовёшь), местный Илья Муромец, мог штатовскому Шварценеггеру по части своей физической внушительности сто очков форы дать. И вот он-то и остановил бесчинство вконец распоясавшейся амазонки, как следует отлупив её во время поединка.
Не помогла той ни личная её сила, ни энергия блаженства Форсу, существенно повышающая физические показатели женщин. Ну и если увидеть этого Фёдора, то сразу ясными станут истоки его победы: просто капитально здоровенным является этот мужик. Мало того что он на голову выше весьма рослой амазонки, так ещё эпитеты "поперёк себя шире" и "косая сажень в плече" подходят ему самым натуральным образом. Короче, Конан-варвар отдыхает и тихо курит в сторонке, пугливо поглядывая на этого кузнеца.
Потерпев поражение, Клара прониклась к победителю самыми яркими дружескими чувствами и попросилась к нему в кузню в помощницы, где на момент нашей с ней встречи работала уже второй год. Даже после двух лет практики она достаточно хорошо освоила профессию кузнеца, а сейчас-то (когда я пишу эти строки) стала полноценным мастером работы по металлу.
После поединка с Фёдором с сексуальными хулиганствами своими Клара завязала, ну по крайней мере официально. Точнее будет сказать, что она не наглела чересчур, действуя по большей части без свидетелей, если не считать Риту. Поэтому когда амазонка выбрала себе, наконец, постоянную жертву, парнишку, который вызывал у неё самую мощную бурю чувств, все остальные мужчины-парии смогли, наконец, вздохнуть спокойно.
"Счастливчиком" оказался юноша по имени Ник, работавший сперва в саду имения. Но после того как Клара выбрала его своей персональной секс-игрушкой, ему тоже пришлось перевестись в помощники к кузнецу. Этот черноволосый и зеленоглазый молодой человек был явно не богатырского телосложения. И существенно уступал по части физического развития другому парию, Мартину, тоже работавшему в кузне. Однако Кларе его субтильность как раз нравилась, да и смазливым личиком своим он малость походил на девчонку, питая её лесбийские пристрастия.
Все эти подробности я узнал гораздо позже, а при первой встрече с бывшей амазонкой в столовой, ничего не подозревая о её порочных наклонностях, с большим удовольствием любовался привлекательным сильным телом рослой незнакомки и охотно ответил на её приветствие.
— Очень приятно, — сказал я. — А меня зовут Дима.
Затем состоялось моё знакомство и с остальными девушками. Слева от Клары сидела Рита — её подруга. По профессии своей она была помощницей швеи. Впрочем, о сфере деятельности этой парии в имении я уже упоминал. У неё были длинные светлые волосы, собранные в хвост, серые глаза, очаровательное хитрое личико и хрупкое, чисто женское телосложение, свойственное больше миру Земли, чем Форсу.
