— Что вы здесь делаете? — взревел он, дернув наручники, приковывающие его к столу. — Я не хочу с вами разговаривать! Охрана! Охрана!
— Охрана пошла прогуляться.
— Я не буду с вами разговаривать.
— А мне и не нужно, чтобы вы говорили, — сказала я. — Просто послушайте. Пять минут, и вы больше никогда меня не увидите.
Ему это не понравилось, но он утих. Я села за стол напротив него.
— Мы с боссом… все знаем. Знаем, кто убил Белестрад и Абигейл Коллинз. Знаем, почему вы солгали ради нее.
Его черты исказились, на лице боролись гнев и страх.
— Но мы никому не скажем, — добавила я. — Никто не знает. И не узнает. Все считают, что это сделал Уоллес, а он скоро умрет. И все оставшиеся вопросы будут похоронены вместе с ним.
Его лицо расслабилось, но он с опаской покосился на меня. Как будто ждал подвоха.
— Вы признаете себя виновным, и вам не будут задавать вопросов, почему вы это сделали. А если не признаете, то предстанете перед судом присяжных, и неизвестно, до чего докопается окружной прокурор и что выплывет наружу. Я лишь хочу, чтоб вы знали. И могли взвесить варианты.
Я встала и постучала по двери, давая понять охраннику, что готова уйти.
— Она знает? — спросил он хриплым дрожащим голосом.
Я повернулась. Из его поврежденного глаза текли слезы.
— Не от меня, — ответила я. — Но она умна и знает, что Коллинз — не ее настоящий отец. А вы молчали о том, что видели ее в кабинете в тот вечер. И она может сложить два и два. Лично мне хватило всего лишь взглянуть на фотографию, где вы втроем. Красотой они пошли в мать. Но сложение у них как у вас. Если хорошенько приглядеться.
— Так вы ей не скажете? — просипел он.
Массивный замок повернулся, и дверь распахнулась.
— Семья причинила ей достаточно боли. Не вижу нужды добавлять.
Я повернулась к нему спиной и вышла.
Рождество мы отпраздновали по-своему. Никаких украшений, не считая венка на двери. Я подарила мисс Пентикост новую трость, с длинным клинком, спрятанным в рукоятке.
— Ты правда считаешь, что у меня будет случай им воспользоваться? — спросила она.
Я напомнила ей о ее же совете:
— Лучше иметь его наготове, чем оказаться без него, когда понадобится.
Она подарила мне первое издание романа «Зло под солнцем»[18], взамен моего потрепанного экземпляра в бумажной обложке. На титульной странице она написала посвящение: «Так держать, Уилл. Агата».
Может, я и завизжала от радости, но вы этого не докажете.
Днем в Рождество мы сходили с миссис Кэмпбелл в церковь, потом устроили ужин для тех, у кого нет дома и денег, чтобы приготовить его самостоятельно. Так же мы поступили и в канун Нового года. Неплохой способ встретить 1946 год.
Во вторую неделю января я открыла «Таймс» и прочитала некролог Уоллеса. Там была и обрезанная фотография. На плече Уоллеса лежала мужская рука. Он улыбался.
Я почти ожидала, что на этой неделе объявится Бекка, но она молчала. Я подумывала ей позвонить, но каждый раз, когда рука тянулась к телефонной трубке, что-то меня останавливало. Не злость. Вернее, не одна только злость.
Я пришла к заключению, что она, вероятно, и впрямь испытывала ко мне чувства. Не просто играла мной. И я решила, что тоже испытываю к ней чувства.
Если бы это было просто заурядное увлечение, я бы позвонила.
Спросила бы, не хочет ли она потанцевать.
Но я еще приходила в себя. Некоторые раны пока не затянулись.
Должно пройти еще какое-то время, прежде чем мы сможем встретиться.
К весне дело Коллинзов перешло в разряд воспоминаний.
Жизнь в доме мисс Пентикост течет так быстро, что нет времени переживать о прошлом. В первые месяцы 1946 года мы с головой погрузились в вереницу расследований. За некоторые получили чеки, а за другие взялись после субботних встреч.
Однако нас беспокоили некоторые вопросы, оставшиеся без ответа. По данным моих информаторов, полиция так и не нашла приличную часть похищенных денег. Шестизначную сумму. Если они оказались у Нила Уоткинса, мы больше его не увидим. За сумму с пятью нулями можно купить долгую и анонимную жизнь.
А кроме того, почему Белестрад так рано начала собирать на нас материал? И как вообще узнала, чье задание выполняет Джонатан Маркел?
Так всегда бывает с расследованиями. Всегда остается больше вопросов, чем ответов. Редко когда все заканчивается гладко и так, что не подкопаешься, как в моих любимых дешевых романах. Наверное, именно поэтому они мне так нравятся.
Однажды в теплый мартовский день прибыла посылка. Я открыла ее и обнаружила книгу Оливии Уотерхаус «Разговор с мертвыми: медиумы двадцатого века». Профессор подписала титульную страницу:
Я повернулась к столу мисс Пентикост и вручила ей книгу.
— Легкое воскресное чтение, если вам интересно.
Она открыла книгу, прочла посвящение и застыла. Она смотрела на книгу так долго, что я уже начала беспокоиться, не случился ли у нее удар.
