Страница «Контакты». Тут я обнаруживаю адрес ее электронной почты. Пишу ей письмо, несколько раз переписываю. На случай, если Ева еще не знает о смерти Шанталь, стараюсь упомянуть об этом с осторожностью.
Дорогая Графиня Ева!
Надеюсь, это письмо не будет воспринято как вмешательство в ваши дела. Я актриса из США; недавно переехала в лофт, где прежде жила Шанталь Дефорж. Я почти не знала ее, но многое слышала от Рыси, с которой они вместе работали, – во время своего приезда сюда в прошлом году вы с ней встречались. Рысь сказала мне, что вы с Шанталь были близкими подругами.
Не знаю, дошли ли до вас печальные новости. В случае, если нет, мне жаль, что вы узнаете об этом от незнакомого человека. Несколько недель назад Шанталь умерла, сразу после своего спешного переезда. До сих пор неизвестно, что с ней произошло и почему.
После того как я заняла ее прежнее жилье, я много узнала про нее от Рыси и от художника Джоша Гарски, который написал ее портрет. Он живет в том же доме. Я также приобрела множество принадлежащих ей книг; в некоторых были ваши письма. Я бы хотела вернуть вам эти письма, а также узнать о Шанталь больше, если вы согласны поделиться воспоминаниями.
Возможно, такое желание покажется вам странным, ведь я почти не знала Шанталь при жизни. Однако ее биография, работа, ее интерес к некоторым вопросам – все это отражено в замечаниях на полях книг. Я поддерживаю контакт с полицейским инспектором из Окленда, который расследует обстоятельства ее смерти. Если есть что-либо, что поможет расследованию, и вы готовы этим поделиться, я буду рада передать ему эту информацию или связать вас напрямую.
Пожалуйста, дайте знать, если согласны. Если же нет – я вполне вас понимаю. Надеюсь, мы сможем поговорить по телефону или хотя бы обменяться сообщениями. И, пожалуйста, примите мои соболезнования.
Искренне ваша,
С волнением отправляю письмо. Если бы на ее месте оказалась я, такое сообщение привело бы меня в замешательство. Ответит ли Графиня? Не знаю.
– Не оборачивайся. Тот, в зеленом, – в квартале за тобой! – бросает Джейк, когда я пробегаю мимо.
Я бегу вниз по Элис-стрит, потом неожиданно меняю маршрут и срезаю дорогу через парковку, потом по Тринадцатой, по Джексон-стрит, потом сворачиваю направо и в Чайнатаун. На Девятой улице ныряю в Мэдисон-парк. Здесь я в безопасности. Кругом люди, мамы гуляют с детишками, беседуют по-китайски старики. Я замираю под деревом, разворачиваюсь в сторону, откуда прибежала, и жду.
Через полминуты ожидание подходит к концу. Он несется вниз по Джексон-стрит, вертя головой во все стороны. Я испытываю большое искушение выпрыгнуть и заорать «Ю-ху!». Потом, правда, решаю, что лучше подпустить его ближе.
Сбив дыхание, он тормозит и сгибается, опустив руки. Я несусь навстречу, направив камеру телефона прямо ему в лицо.
– Эй! Ты зачем за мной следишь?
– А? – Он пытается изобразить растерянность.
– Сними капюшон и покажи лицо, – требую я, не отводя объектив камеры. Внимательно присматриваюсь. Вот так сюрприз! – О, да я тебя знаю! Ты же этот, как его… Дик?
– Майк, – поправляет он.
– Ну да, Майк из «Головокружения». – Сердито его рассматриваю. – Следил за мной? Я этого не люблю.
– Прости… пожалуйста, прости, – бормочет он, пытаясь отвернуться от камеры.
Погоди, дружок, сейчас ты у меня получишь.
– Как ты меня нашел?
Он опускает глаза и признается:
– Нанял частного детектива.
