- Я уважаю твой выбор, сынок. Ты уже взрослый, и сам вправе решать с кем тебе будет лучше.
- Да, Алин, мы посовещались и решили, что ты должна переехать в однокомнатную квартиру Иры, а Ира сюда к нам. - Эти слова оказались последней каплей. Если я ещё надеялась, что как феникс смогу все-таки когда-нибудь возродится из пепла, то уже точно знала, что нет. От меня не осталась даже пепла. НИЧЕГО. Как будто вообще не существовала Алина Захаровна Жданова в девичестве Ростова ни в этой жизни, ни в жизни семьи Ждановых.
Я могла бы попытаться возразить, ещё трепыхаться, словно рыба, выброшенная на берег. Но все мои последние усилия всё равно сошли бы на нет. Потому что у Евгения был железный, пуленепробиваемый как бронежилет довод: так будет лучше для Глеба.
Если бы вы только знали, каких трудов мне стоило собрать свою разбитую жизнь в кулак. Чтобы только не унизиться до слёз, не показать, как я беспомощно перед таким Чудовищем, своим мужем. Бывшим.
Я молчала. Глеб молчал. Женя молчал.
Тишина стала давить.
Евгений не выдержал первым.
- Ты должна сказать спасибо, за то, что Ира согласилась оформить тебе дарственную на её квартиру.
Горько усмехнувшись, я ответила:
- Спасибо. - И поинтересовалась: - Когда можно будет забрать свои вещи? И когда переезжать и куда?
Евгений, видимо ожидал, что я так быстро и безропотно сдамся:
- Ирина живет в Володарском районе на Новостройке. Вот придешь вечером с работы мы тебя и перевезем. Мебель тебе тоже Ира оставляет.
Я снова усмехнулась.
Наша трешка была расположена в новом доме в самом центре Советского района города Брянска на остановке «Областной суд». А работала я в школе № 45 Советского района. Десять минут ходьбы. Теперь лишних полчаса минимум на проезд затрачивать.
Я сидела дома и ждала, когда Евгений приедет за мной. Вещи свои уже собрала. С квартирой я попрощалась. Все здесь было придумано мною. Каждая занавеска, каждая салфеточка или безделушка покупалась с любовью. Теперь на моей кухне будет властвовать неведомая мне Ирина, есть с моих тарелок, спать в моей постели и на моих же шелковых простынях.
Хорошо, что мои родители не дожили до такого позора своей дочери.
- Ты готова? - спросил бывший муж.
От неожиданности я вздрогнула. Да, ключами своими дверь открыл. Посмотрела на него и лишь молча кивнула. Мне не хотелось с ним разговаривать. Но я всё-таки спросила:
- А где Глеб?
- На секции.
- Отлично.
До чего же оказывается мой бывший муж мелочный. Даже время выбрал такое, чтоб не смогла увидеть сына.
Боже мой! Если бы я сначала подозревала, куда меня собираются выселить, подумала бы сто раз, прежде чем безропотно согласиться. До чего же им, наверное, там весело. Смогли обвести вокруг пальца такую дурочку!
Только войдя в так называемую квартиру, я поняла: почему Женя отказался проводить меня до неё, ограничившись лишь вручением свидетельства о государственной регистрации права собственности на однокомнатную квартиру общей площадью двадцать два квадратных метра, расположенную на первом этаже одноэтажного дома барачного типа. Потому что послала бы его и его обожаемую Ирину по известному адресу, и предложила встретиться в суде на рассмотрении дела о разделе совместно нажитого имущества. Почему я при нём не прочитала документ? Почему так поспешно позволила себя обвести вокруг пальца? Почему не попросила сначала осмотреть место, куда меня собрались переселять? Так много «почему»... Но как говорится: «После драки кулаками не машут».
К слову: мой разлюбезный бывший муж смог провернуть сделку в течение дня по той причине, что он работает риэлтором в весьма процветающем агентстве недвижимости и у него есть связи в управлении федеральной регистрационной службе.
Живя, с ним столько лет, я, конечно же, юридических понятий немного нахваталась, и знала, что сделку можно оспорить или признать недействительной. Или что-то в этом роде. Но договор дарения я подписала собственноручно, не удосужившись сначала прочитать документ. Евгений отлично знал, что в состоянии глубокой прострации или сильного стресса из меня можно вить веревки и попросить подписать любой документ, будь то даже договор купли-продажи души дьяволу. Я его подпишу. Не читая.
Собственно, теперь о квартире, осмотрев, которую мне просто захотелось пойти и повеситься. Или наглотаться таблеток. Или еще что-нибудь сотворить с собой. Выбросится из окна, я не могла - первый этаж. Я просто не могла поверить в то, что после всех подлостей в день моего рождения, мой бывший супруг такое сотворит со мной напоследок!
