- А вы о них! - Не могла же я свою начальницу оповестить о рухнувшем в один миг счастье. Вот ведь как бывает: просыпаешься утром с радужным настроением, улыбаешься солнцу и дню. И вдруг в считанные секунды все падает, осыпается. Вот так, наверное, себя чувствуют люди, неожиданно оказавшие в самом эпицентре торнадо, урагана, смерча.
***
С Женей мы познакомились в школе, когда я проходила практику. Он зашел в мой класс, чтобы забрать сестру друга.
Ему худощавому, темноволосому с ямочкой на подбородке и невероятно зелеными глазами, цвет которых напоминал первую весеннюю сочную зелень было 23 года, а мне студентке-практикантке едва исполнилось 18 лет.
Я была пленена его глазами: никогда в жизни я не видела таких глаз. И естественно попала в глупое положение, сказав:
- Ой, а где вы такие линзы купили? - и прикусила язык.
Он сначала опешил.
А потом громко, заливисто рассмеялся, и на его лице выступили слёзы.
Я, конечно же, покраснела. И моему горю не было предела.
Мама всегда говорила, что сначала ляпну, а потом думаю.
Укротив приступ смеха, он сказал: милая девочка это не линзы. Мне никто такого еще не говорил.
А потом он меня и Машу, сестру друга пригласил в кафе.
Так начался наш безумный роман. Как выяснилось у нас много общего.
Мы оба любили футбол, Стинга, старое советское кино, особенно фильмы с Николаем Рыбниковым.
И не заметили, как я оказалась в положении. Я боялась сообщить ему о том, что беременна. Но мой Женя оказался более проницательным.
Как-то вечером после очередного сеанса «Высота» он поинтересовался:
- Аля, ты ничего не хочешь мне сказать?
И я поочередно то, краснея, то, бледнея, сообщила что, кажется беременна.
Он был счастлив. И предложил пожениться.
Но моя, мамочка, когда я ей сообщила сногсшибательную новость, просто спросила:
- Дочка, ты уверена? Мы сами можем воспитать малыша...
Я, конечно же, сказала, что да! Что Женю люблю больше всего на свете после нее.
Моя дорогая, любимая мамочка посмотрела на меня и лишь пожала плечами, сказала:
- Просто ты заслуживаешь лучшего!
Но оспаривать мой выбор не стала.
Свадьбу в связи с положением сыграли через две недели.
Глава 2
Стас пил чай и ел мамины плюшки. Самые пышные, самые сладкие плюшки на свете. Нигде он таких больше не пробовал. Наслаждался их вкусом и ароматным любимым зелёным чаем. Услышав, что мать сказала, поперхнулся. Вот, поэтому он и не хочет часто бывать дома. Мама, как заезженная пила: запила его и братьев.
- Мама, ну, сколько можно об одном и том же!
- Стасик мне уже шестьдесят лет, а внуков нет. Вон, у Лидии Петровной скоро уже правнук будет! А я ещё даже не бабушка. У меня три сына! И хоть от кого бы дождаться внуков! - Она обиженно вздохнула. - Тебе, Ярику и Владику скоро тридцать семь стукнет. Чего вы ждёте?
- Мама, не знаю чего ждут эти охломоны, а я жду Фею!
Теперь черед Инессы Викторовны стал ухмыляться.
- Фею он ждёт! Поглядите-ка на них. - И она фыркнула. - Ярик ждёт - Афродиту, Владик ждёт - валькирию. Вы часом мифов и фантастики не перечитались в детстве? Вы найдите мне нормальных, вполне земных, здоровых девушек, чтобы нам с отцом подарила здоровых внуков! - Снова возмущенно произнесла она.
- Ин, прекрати, ты их уже доставать, - раздался голос Андрея Павловича, - вот посмотришь, они просто назло никогда не женятся! - В комнату вошёл глава семейства.
- Да ну вас, - мать махнула рукой и ушла.
- Бать, вот скажи: мать серьёзно на счет внуков?
Отец усмехнулся.
- А ты как думаешь, сынок? Она с вас теперь не слезет, пока кто-то из вас не женится. Ну, или на худой конец, не предъявит внука. - Отец взял плюшку и с наслаждением зажмурился. - Пожалуй, лучше только у Ярика получается, он изюма не жалеет.
- Ладно, родители, мне пора, завтра открытие выставки. Привет братьям-кроликам. И жду вас к 12:00 часам. - Вышел из-за стола. Уже из коридора крикнул: - Ма, спасибо за чай.
Выйдя на улицу, и сев в свой «Митцубиши» Станислав улыбнулся. Фея. Она есть. Вот уже на протяжении пяти лет я только и думаю о ней.Но, так, ни разу не решился подойти и познакомиться
Каждый раз, встречаясь с ней на улице, у меня замирало сердце. Чтобы через минуту начать стучать, с удвоенной силой. Её кудрявые волосы, золотистого цвета практически всегда распущенные, струились до самых бедер. Достаточно высокая, она все равно была гораздо ниже меня. В любой день, когда бы она ни встретилась на моем пути, счастливая и задорная улыбка озаряло её лицо.
С каждым разом желание подойти и познакомиться было сильнее. Но я почему-то не решался. В самом деле, что я скажу: «Привет, я Стас и вот на протяжении пяти лет у меня сносит от тебя крышу!». Глупо и смешно. Поэтому я только и мог придумывать ей имена. И фотографировать. И я был уверен в одном, что у моей Феи имя нежное, как она сама.
Я завел мотор и поехал в галерею. Не мешало проверить: правильно ли развесили картины...
А потом можно и Яне позвонить и скоротать вечер.
Естественно, картины развесили не в том порядке, как я просил и не в тех местах. Пришлось самому все перешивать. Закончил ближе к двум часам ночи, уже о никакой Яне и речи не могло быть.
