Фрагменты сожалений полностью

До заброшенного дома они добрались по полю, стараясь идти цепочкой, и каждый (кроме первого) ступал в следы впереди идущего, чтобы на следующие сутки, когда станет светло, те, кто увидит следы, не идентифицировали количество неведомо зачем забредших сюда. Мало кого заинтересует, что понадобилось в пустынном пространстве одному или двоим бродягам. А вот четыре пары следов вполне могут указать на прицельно прокладываемый кем-то маршрут.

– Кажется, сюда по меньшей мере дня четыре никто не приходил, – сказал, часто дыша, возглавляющий шествие Максим, когда, в снегу почти по колено, они приближались к условному, не огражденному забором двору.

– А если следы просто замело снегом? – предположил Арсений, замыкающий цепочку.

– Не думаю. Снег в последний раз выпадал вечером тридцатого декабря. А тот, что уже лежит, при такой температуре тяжеловат для того, чтобы ветер его мог приподнять и размести. На открытой местности ветерок, конечно, покрепче, чем вдоль домов, но все же. Так что не было здесь никаких следов минимум с самого последнего дня декабря.

Подойдя к дому вплотную, они принялись его огибать, осматриваясь по сторонам, и поочередно вошли внутрь. К входной двери прикасаться никому из них не пришлось – она оставалась такой же распахнутой, как в ночь на первое ноября и тот же вечер.

Некоторое время подростки стояли в прихожей, включив фонари на смартфонах. Максим, наклонившись, смахивал прилипший к штанинам и ботинкам снег, остальные последовали его примеру.

– Вот блин, – сказала Лиза, снимая один ботинок и вытряхивая из него снежные комочки, затем то же самое проделала с другим. – Нужно было надеть джоггеры и натянуть штанины поверх обуви.

– Зато если что случится – конфликт какой или еще что, – быстренько остынешь, – сострил Арсений. – Если, конечно, вообще возможно остыть с такими волосами.

Тем временем Максим медленно проворачивался вокруг своей оси, как бы по спирали снизу вверх освещая стены.

– Ты что делаешь? – поинтересовалась Валерия.

Еще раз осветив каждый из верхних углов, он повернулся к своей девушке и заговорил вполголоса:

– Смотрел, нет ли здесь камер видеонаблюдения или чего-нибудь в том же духе. Только сейчас вдруг пришло в голову, что полиция может знать о трупе и теперь выжидает, когда убийца вернется. Или убийцы. Но, похоже, тут чисто. И да, будем говорить потише, – мало ли что.

– Окей. – Валерия пожала плечами, послушно понизив голос. – Теперь – в подвал?

И они, тихо ступая, не торопясь направились к чулану. Валерия держалась поближе к Лизе (которая то и дело бросала на нее боязливые взгляды), чтобы проконтролировать, не улизнет ли она, как только представится такая возможность, при этом думая про себя: «Сука дурная, не спали тут все своими волосами».

Войдя в чулан, первым же делом осветили алюминиевый бидон. Тот, как ему и полагалось, стоял поверх ведущей в погреб дверцы, о чем позаботились Максим с Арсением, когда вместе с девушкой первого и Антоном вернулись за обогревателями. Нахмурившись, Арсений отвел луч света левее, направив его на пол:

– А вот этот коврик мы разве не вернули на место?

Остальные перевели взгляды на предмет обсуждения.

– Видимо… нет, – неуверенно пролепетала Лера.

– Черт. – Арсений неодобрительно помотал головой и указал на коврик пальцем. – Если убийца сюда возвращался, он теперь знает, что кто-то был внизу и видел труп.

– А может, мы вернули коврик, а убрал снова и забыл постелить его кто-то другой? – предположил Максим и затем подошел к бидону. – Если бы мы тогда сфотографировали эту жестянку, то сейчас могли бы понять, передвигал ее кто-нибудь или нет.

– Да, нам тогда было как-то не до этого, – хмыкнула Валерия, теперь склонившись над высоким сосудом. Взявшись за холодные ручки, подогнув колени, она с трудом приподняла его над полом буквально на пару сантиметров и тут же отпустила. После глухого стука все расслышали звук плещущейся жидкости.

– Да вы, мадам, куда сильнее, чем выглядите, – своеобразно похвалил ее Арсений.

– Ага, – только и ответила та, хотя довольную улыбку скрыть ей не удалось. – Надеюсь, в бидоне все та же вода. Давайте проверим?

– Без проблем. – Здоровяк, как и в прошлый раз, влегкую разделался со стяжным замком и откинул крышку.

Все стали вокруг массивной емкости и смотрели на содержимое.

– Вода, – заключил Максим, слегка поморщившись от пахнувшего в нос затхлого запаха. – К тому же не самая чистая.

Валерия облегченно выдохнула. Она боялась вместо застоявшейся воды увидеть свежую, прозрачную, как отполированное стекло.

– Теперь давайте уже сдвинем его и откроем проход в этот гребаный погреб, – нетерпеливо проговорил Максим. – Что-то мне подсказывает, что мертвец лежит на том же месте. Мы просто убедимся в этом и смоемся отсюда. Три минуты, ребят, – и мы на улице. Три минуты.