Франклин Делано Рузвельт полностью

Главная роль Фарли во время подготовки к общенациональному съезду Демократической партии в 1932 году заключалась в том, чтобы проехать через весь континент, номинально в качестве народного представителя Общества дружелюбного отношения к лосям и их защиты, якобы с целью посетить их съезд в Сиэтле. Пункт назначения был избран не случайно. Эта дальняя поездка давала ему возможность посетить восемнадцать штатов за девятнадцать дней и, используя технику «мягкой» продажи, избегающей давления на клиента и позаимствованной у коммивояжеров, ненавязчиво привлечь внимание к личности кандидата в президенты Рузвельта. Он исполнил это задание скорее с осторожной приветливостью, чем с громогласной решительностью. Его задачей было довести до сведения граждан, что на данный момент существует три стоящих кандидата. Первый — Смит, чьи политические дни фактически были сочтены. Второй — Оуэн Д. Янг, ранее предложивший план по стабилизации немецкой марки, курс которой грозил упасть в ближайшее время, и занимающий в то время должность главы компании General Electric,когда вера американцев в кормчих промышленности падала с не меньшей скоростью, чем и рейхсмарка. И Рузвельт. Пожалуй, не удивительно, что Фарли нашел мощную поддержку для избранного им третьего кандидата. Затем на съезде Демократической партии в Чикаго следующим летом он стал организатором мероприятий в поддержку кандидата Рузвельта и был вознагражден, получив в администрации 1933 года должность Генерального почтмейстера США. Эта должность позволила ему обрести контроль не только над последующими назначениями руководителей почтовой службы во всей стране, но и другими назначениями федерального масштаба. По меркам того времени, Фарли использовал свои полномочия вполне правомерно, хотя и не забывал при этом об интересах Демократической партии и своей роли в ней. В отличие от Смита, он остался верен Рузвельту и во вторую предвыборную кампанию 1936 года. Но к 1940 году у него зародились мысли о продвижении собственной политической карьеры, так сказать, созрели амбиции примерить президентское кресло под себя, и он выступил оппонентом Рузвельта, когда тот выставил свою кандидатуру на третий президентский срок. Это было сродни тому, как если бы министр полиции наполеоновской Франции Жозеф Фуше задумал сместить с должности самого императора Наполеона. После этих выборов Фарли — политик полностью сходит с политической арены, хотя впоследствии и становится главой компании Coca‑Cola Export Corporation.Тем не менее немаловажным является тот факт, что Рузвельт к тому времени потерял поддержку не только Смита, который помог ему взойти на пост губернатора, но и Фарли, который приложил много усилий, чтобы вывести его в президенты.

В борьбе за выставление кандидатуры на должность президента от Демократической партии в 1932 году имя Рузвельта всегда занимало первое место в списке претендентов, но он никогда не был уверен в победе, ибо это — довольно уязвимая позиция. Его основными конкурентами были непривлекательные для избирателей, но практически несокрушимые Эл Смит и Джон Нэнс Гарнер. Первого поддерживали «денежные мешки» из рядов Демократической партии и большинство депутатов от штата Нью — Йорк. Второй был спикером Палаты представителей Конгресса США, куда избирался от Техаса. Отрыв Рузвельта был колоссальным, однако недостаточным для выдвижения после первого тура голосования из‑за «правила двух третьих». Это всегда делало съезды Демократической партии предметом насмешек, часто вынуждая делегатов голосовать за слабых компромиссных кандидатов — что, отчасти, является причиной того, почему из четырнадцати президентов в период между Гражданской войной и 1932 годом только двое представляли Демократическую партию. Но Юг рассматривал это правило в качестве защиты своих интересов против выбора опасных либералов с Севера, и сторонники Рузвельта хорошенько обожглись в безуспешной попытке изменить это правило в начале съезда в Чикаго.

На первом голосовании, которое состоялось между четырьмя и семью часами утра первого июля (из чего следует, что склонность принимать важные решения в неподходящее время суток не является монополией британской Палаты общин), Рузвельт получил 666 голосов из 769 необходимых, Смит набрал 203 голоса, Гарнер — 90 (точный подсчет был характерной чертой собраний того времени). Положение Рузвельта казалось неуязвимым, но не тут‑то было, ибо следующие два голосования, до перерыва в девять часов утра, заканчивались уже с минимальным перевесом Рузвельта. На горизонте замаячила перспектива избрания компромиссного кандидата. Возможной компромиссной фигурой мог стать Ньютон Д. Бейкер, который занимал должность Военного министра США в администрации Вильсона, и, вслед за Вильсоном, оставался строгим противником идеологии изоляционизма. Кстати, более строгим, чем Рузвельт, который, к ужасу своей супруги и некоторых других лиц, в своем выступлении второго февраля отказался от идеи членства США в Лиге Наций.