У Франко разрыв с Ольгой вызвал ощущение огромной, непоправимой потери. Он отвечал ей сначала резким письмом. Но спустя несколько дней одумался и написал: «Любимая! Я не сержусь на тебя, потому что это ни к чему... Я вместе с надеждой на будущее утратил и веру в добро и честность. Я почувствовал, что единственная опора, на которой я держался столько лет, сама собой уходит из-под меня... Утратив тебя, я утратил надежду на любовь честной и умной женщины... А если бы и нашлась когда-ни-
будь впоследствии такая женщина, разве я мог бы полюбить ее так горячо и глубоко, как тебя?..»
В этом же взволнованном, искреннем письме Франко защищался и от «соболезнований» по поводу собственной испорченной арестом «карьеры»: «Сожалея о судьбе, лишившей меня и мне подобных карьеры, не забывай, что именно наша горькая судьба содействовала выработке и закалке новых характеров, честных, умных и мыслящих людей».
«Из-за безденежья мы еще в июле съехали с третьего этажа вниз, в такую тесную каморку, что стол, шкаф и кровать занимают ее всю, так что Тер-лецкий спит на кровати, а я на полу».
Это письмо к Павлику помечено октябрем того же # 1879 года.
А тут еще знакомый Франко комиссар львовской полиции Соболяк сообщил «по секрету», что есть намерение выслать писателя из Львова как «лицо без определенных занятий».
Делать было нечего. Отдав в журнал «Правда» свой перевод «Фауста» Гёте и получив за него пятнадцать рублей аванса, Франко решил отправиться куда-нибудь в деревню на частные уроки.
Такой заработок пообещал найти ему старый приятель, учитель села Нижний Березов, близ Коломыи, Кирилл Геник.
В конце февраля 1880 года Франко выехал из Львова в Коломыю.
Была у этой поездки и другая цель: Ольга Рошкевич, теперь — Озаркевич, согласилась встретиться в Коломые с Франко. Это должно было быть их первое свидание после ее замужества.
Проезд по железной дороге в ту пору был довольно дорог. Но на австрийских железных дорогах выдавали служащим и их родственникам бесплатные проездные билеты. Эти билеты зачастую перепродавались затем их владельцами — гораздо дешевле номинальной стоимости.
Такой бесплатный билет на чужое имя купил по дешевке и Иван Франко.
Утром в понедельник 1 марта 1880 года на вокзале в Коломне Франко встретился с Ольгой. Она приехала вместе с мужем, от которого никогда не скрывала своих чувств к прежнему жениху.
Франко всего через несколько месяцев изобразил эту встречу в повести «На дне». И тотчас после опубликования повести написал Павлику: «Вы, я вижу, считаете, что места, посвященные Темере, — это целиком моя собственная исповедь... Что это до некоторой степени так и есть, я не возражаю...»
В повести встреча между Андреем Темерой и Анной описана так:
«Он теперь во много раз глубже ощущал боль утраты. Рана, уже со временем немного зажившая, теперь открылась снова... Да что из этого? С прежней любовью он ощутил в себе и прежние силы, прежнюю жажду работать, бороться за свободу...
— Аннушка, душа моя, что ты сделала со мной? — шептал он ей, упиваясь отравой счастья.
— Что же я сделала с тобой?.. Ты сам говорил, что не связываешь меня... А я так много, так много вытерпела ради тебя! Годы целые...
Слезы катятся у нее из глаз, а он прижимает ее к сердцу, как будто прежние чудесные мгновения их свободной любви еще не прошли навек...»
Два дня Франко жил в Коломые, проводя все время с Ольгой. Встречался и с ее мужем. «Человек в конце концов очень хороший», — отзывается о нем Франко.
«Не знаю, право, как для тебя, а для меня эти два дня, проведенные в Коломые, были радостны и приятны... Как хорошо, когда женщина любит!.. Отвечай мне поскорее...» — писала Ольга Ивану Франко через пять дней после того, как уехала в Снятии. А Франко отправился в Нижний Березов, к Кириллу Генику.
у ТОЯЛИ холодные, ветреные дни ранней прикар-^ патской весны. Часто шел дождь. Кирилл Гении встретил Франко в ближайшем к Нижнему Березову местечке Яблокове.
Геник и сам не знал, что в связи с продолжавшимся уже несколько месяцев в Коломые следствием над участниками социалистических кружков — среди них в тюрьме содержалась и Анна Павлик — над ним и его товарищами был давно установлен негласный полицейский надзор.
Так бессознательно подвел Геник Ивана Франко. Жандарм, увидевший их в Яблонове, сейчас же обоих задержал для проверки документов. Это было 4 марта.
Геника затем отпустили. Простая полицейская уловка: через четыре дня его арестовали уже в Нижнем Березове и заключили в тюрьму надолго...
А у Франко был обнаружен бесплатный железнодорожный билет на чужое имя. Паспорта у него не было.
К тому же выяснилось, что он уже привлекался
к суду «за социализм» вместе с Анной Павлик в 1877 году.
Этого, конечно, было вполне достаточно, чтобы снова упрятать Франко за решетку. А так как при аресте он держался независимо и даже дерзко, то тупые полицейские власти мстили ему тем, что содержали его в тюрьме, как и во время первого ареста, среди уголовников.
Франко провел за решеткой три месяца. Его тюремные впечатления отразились в повести «На дне».
