Даже из его сдержанных воспоминаний об этих годах жизни ясно, что ему довелось пережить тогда немало тягот. Вдали от материнской любви и заботы молодому Франко приходилось, сжав зубы, изыскивать внутренние резервы для борьбы с обстоятельствами. К суровым условиям жизни в крепости добавлялась проблема его неатлетического сложения (рост 164 сантиметра и ужасная худоба). Уязвленный бегством отца, страдая от разлуки с матерью, своей главной утешительницей, он вынужден был бороться с чувством неустроенности и неуверенности в себе. Кажется, он боролся с ними двумя путями. Во-первых, с головой ушел в армейскую жизнь, исполняя все задания с максимальной ответственностью, сделав своим кредо героизм, отвагу и воинскую доблесть. Строгая воинская субординация и непреложность приказов определили для него рамки деятельности. В то же время он начал формировать в себе новую личность. Стеснительный галисийский подросток начинает превращаться в будущего героя пустыни, будущего каудильо и в этом качестве — в подобие Сцда, «спасителя Испании»30.
Из-за его роста и высокого голоса товарищи стали звать его Франкито (уменьшительное от «Франко»), и за три года учебы в академии он испытал немало мелких унижений и насмешек. Он вынужден был упражняться с винтовкой с укороченным на пятнадцать сантиметров стволом. Учился он напряженно, проявляя особый интерес к топографии и к истории Испании, идеализированной и лишенной критических комментариев — такой, как ее преподносили кадетам. Поскольку он не стремился присоединиться к товарищам, искавшим приключений, вина и женщин в самых непристойных притонах города, его однокашники порывались провести над ним унизительную церемонию «посвящения» (novatados) однако Франко давал им довольно жесткий отпор. Вспоминая об этих днях по прошествии почти семидесяти лет, он отмечал «негостеприимную встречу, уготованную нам, пришедшим полными иллюзий, чтобы вступить в славную военную семью» и говорил о «посвящениях» как о «тяжком кресте» (un dura calvario)31. Один из его знакомых, пытаясь обнаружить в юном кадете задатки будущего героя, отмечает, что он реагировал на издевательства как мужчина. Согласно одной часто повторяемой истории, у него как-то спрятали учебники, а его наказали за то, что он не хранит их в надлежащем месте. Потом книги снова спрятали, и сержант, приставленный к кадетам, снова хотел наказать его, но Франко запустил в него подсвечником. Позже, представ перед командиром, Франко не назвал имен своих обидчиков32. Его твердость помогла ему приобрести друзей, среди которых оказались Камило Алонсо Вега, Хуан Ягуэ и Эмилио Эстебан Инфантес, хотя близко ни с кем из них он так и не сошелся.
На рубеже веков в Британии и Америке кадеты начинали изучение военных предметов только после завершения общегражданского образования. В Толедо же не слишком образованные подростки начинали усваивать военную дисциплину и армейский менталитет, не имея устоявшихся взглядов и легко поддаваясь внушению33. В профессиональном плане Франко мало что приобрел, кроме искусства верховой езды, стрельбы и фехтования. Основным учебником были «Временные положения по теоретической подготовке пехотных войск» (Reglamento provisional para la instruction teorica de las tropas de Infanteria), составленные на основе опыта франко-прусской войны и начисто игнорировавшие развитие германской военной мысли после 1870 года. В германской и британской армиях предпочтение все больше отдавалось развитию артиллерии и инженерных войск. В Испании подобного не наблюдалось и пехота продолжала оставаться основным родом сухопутных сил. Из недавнего кубинского опыта не было сделано должных выводов, что и проявилось в будущих колониальных авантюрах в Северной Африке. Основной упор делали на дисциплину, военную историю и воспитание воинских доблестей — смелости перед лицом врага, абсолютной веры в армейский устав и беспрекословного подчинения и преданности вышестоящим начальникам34. Кадетам вдалбливали, что на армии лежит ответственность за сохранение национального духа, им прививали нетерпимость к случаям оскорбления и даже малейшего неуважения к армии, флагу, монарху, нации. Отсюда следовало, что если правительство проявит неуважение к нации, допустив беспорядки, то патриотически настроенные офицеры обязаны выступить против правительства в защиту нации.
