Основным методом подготовки было зазубривание множества фактов и деталей великих битв испанской армии. Причем эти битвы рассматривались лишь как примеры мужества и готовности стоять до последнего, тогда как вопросы стратегии и тактики игнорировались. В воспоминаниях Франко о днях в академии центральное место отводится некоему майору из числа преподавателей, который был награжден Крестом святого Фернандо с лаврами14 за рукопашную схватку в Марокко, после которой, с удовольствием вспоминает Франко, «у него все еще оставались почетные шрамы на голове». Эпизод с майором так подействовал на формирование образа мышления юного кадета, что через двадцать лет, когда Франко был начальником Генеральной военной академии в Сарагосе, ссылка на этот случай осталась основным в арсенале методов воспитания будущих офицеров. Франко прямо говорил: «Это научило нас больше, чем все прочие дисциплины»35. Когда же в будущем воспитанные подобным образом офицеры оказывались на поле боя, им приходилось импровизировать, потому что практическим вещам их учили мало.
В конце июля 1909 года, когда Франсиско учился в Толедо, в Барселоне разразились события, получившие названия «трагической недели» (semana tragica). С точки зрения военных, происшедшие беспорядки были втройне опасны: они носили характер антивоенный, антиклерикальный и сепаратистский. На правительство Антонио Мауры оказывали давление и армейские офицеры, близкие к Альфонсу XIII, и испанские инвесторы, вложившие капитал в рудники Марокко. К тому же налеты местных племен на железную дорогу, ведущую к порту Мелилья15, вызвали со стороны Франции угрозы вывозить руду через Алжир. Маура опасался также, что Франция может использовать очевидную неспособность Испании поддерживать порядок в своем протекторате как предлог для того, чтобы прибрать его к рукам. И он воспользовался нападением на железную дорогу 9 июля, чтобы послать на место событий экспедиционный корпус и расширить испанскую территорию до месторождений полезных ископаемых в соседствующих с Мелильей горах. Военный министр решил послать туда бригаду легкой пехоты из расквартированного в Барселоне гарнизона. Призвали также резервистов бригады, в основном женатых мужчин, успевших обзавестись детьми. Их собрали и через несколько дней, без должной подготовки, погрузили в барселонском порту на корабль. В течение следующей недели в Арагоне, Валенсии и Каталонии, откуда были призваны резервисты, произошли антивоенные выступления. В Барселоне в воскресенье 18 июля 1909 года прошла стихийная антивоенная демонстрация. В тот же день рифские племена напали на испанские коммуникации в Марокко. На следующий день в Испанию стали поступать известия о военных потерях в Мелилье. Еще раз стало ясно, что армия не подготовлена, плохо вооружена, лишена необходимых карт и вообще находится в убогом состоянии. Слухи о масштабах поражения и размерах потерь испанской армии распространялись, вызвав антивоенные демонстрации в Мадриде, Барселоне и городах, с вокзалов которых отправлялись на войну солдаты.
В конце недели барселонские анархисты и социалисты призвали ко всеобщей забастовке. В понедельник 26 июля забастовка стала разворачиваться, но направлена она была не против хозяев предприятий, многие из которых поддерживали антивоенные настроения. Командующий Барселонским военным округом Луис де Сантьяго решил трактовать происходящее как восстание и, перехватив власть у гражданского губернатора Анхеля Оссорио-и-Галярдо, объявил военное положение. В рабочих предместьях на улицах появились баррикады, протест против призыва в армию перерос в антиклерикальные действия, начались поджоги церквей. Генерал де Сантьяго ограничился охраной некоторых объектов в центре города, так как опасался, что призывники станут брататься с повстанцами. Подкрепления к нему не подходили, поскольку внимание высшего военного руководства и правительства было занято боями при Барранко-дель-Лобо. Однако к 29 июля войска все же прибыли, и восстание за два дня было подавлено с помощью пушек. Много людей было арестовано, 1725 человек потом предстали перед судом, пятеро из них были приговорены к смертной казни. В их числе находился и Франсиско Феррера Гуардиа, человек свободомыслящий, основатель «Современной школы» (Escuela Modemą)36.
Слушателям академии в Толедо события преподнесли в таком освещении, что кровь стыла в жилах. В академии царило возмущение тем, что пацифисты и революционеры делают, что хотят, между тем как армия ведет в Марокко бои не на жизнь, а на смерть. Многочисленные демонстрации за рубежом, осуждающие казнь Франсиско Ферреры, молодой Франко считал делом рук международного франкмасонства. Многие кадеты, среди которых был и Франко, считали беспорядки в Барселоне и поражение под Барранко-дель-Лобо доказательством слабости и некомпетентности политической верхушки37.
