Я огляделась. Повсюду плотными группками стояли знатоки бургундского, между ними сновали с серебряными подносами официанты, разнося фужеры с игристым вином. Матери среди них видно не было.
– Не знаю. Она должна быть где-то здесь. Кажется, я родилась недоношенной? – спросила я, просто чтобы поддержать разговор с доктором, который по возрасту годился мне в деды.
– Ничего подобного! – возразил он. – Ты родилась точно в срок, деточка.
Он допил игристое и добавил:
– Всех детей, которых принял, запомнить невозможно, но первого и последнего я не забуду никогда.
Я собиралась что-то ему ответить, но в этот миг на лужайке зазвучали охотничьи рожки: оркестранты в средневековых нарядах заиграли старинную мелодию. Какой-то человек окликнул доктора Лесара. Он погладил меня по голове, сказал, перекрывая шум: «Передай матери, что я здесь, Аврора», – и отошел. По двору замка плыла, ширясь, торжественная музыка медных труб, которая всегда наводила меня на мысли о гибели животных. С тех пор, думая об охотниках, я всегда вспоминаю тот день.
– Я родилась раньше срока? – спросила я у матери на следующий день, когда мы с ней складывали постельное белье.
– Да, – коротко ответила Беранжера.
– На сколько раньше?
– На три недели.
– А доктор, который принимал у тебя роды, сказал, что я родилась точно в срок.
– Доктор Лесар? Где это ты с ним виделась?
– В Вужо, вчера вечером. Он сам со мной заговорил.
– Почему ты меня не позвала?
– Я тебя не нашла. А потом он куда-то ушел. Там все-таки было шестьсот человек.
– И он сказал тебе, что ты родилась в срок? – повторила мать. – Он просто забыл.
Я почувствовала, что она темнит.
– Он сказал, что прекрасно меня помнит. Я была его последним младенцем. Потом он ушел на пенсию. Он и тебя помнит. Вроде как приходил к нам в ресторан со своей женой.
Мать пожала плечами:
– Кто только к нам не приходил. Помоги мне сложить эту простыню.
Мы вернулись к работе: натянуть, ухватив с двух сторон за уголки, простыню, сойтись, сложить ее пополам, перехватить за другие уголки и опять разойтись, повторяя те же движения, пока не получится идеально ровный прямоугольник.
– Почему папа от нас ушел? – спросила я. Признаю, что это был бестактный вопрос.
– Никуда он не ушел. Мы просто решили немного пожить отдельно.
– Вы разводитесь?
Мать скривилась, показывая, что не намерена обсуждать со мной эту тему.
– Когда вы с отцом познакомились?
– Ты и так знаешь. На капитуле «Рыцарей Тастевена».
– На каком именно?
– Тебе что, назвать точную дату и час? – огрызнулась она.
– Да.
Беранжера опустила простыню.
