Безгранично радовали меня и успехи Арьи, к которой я привязывалась все сильнее и с не меньшим нетерпением ждала наших коротких встреч. Ее упорство и старания вдохновляли меня; я видела горящее в ее глазах пламя и чувствовала, что готова сделать все, лишь бы оно никогда не угасло. И пусть теперь мы были вынуждены встречаться реже, я не беспокоилась о ней так сильно, как прежде. Видела, что рядом с ней всегда находится тот серьезный мальчишка, а за ним тянулись и другие дети. Если кто-то начинал задирать ее, Арья смело давала отпор, а Кайден потом самолично разбирался с обидчиком.
Я умилялась, наблюдая за ними, и ночью со смехом рассказывала Нику, что вытворяла эта парочка на тренировках. Но, когда речь заходила об Арье, он всегда слушал меня нарочито отстраненно. Хотя несколько раз мне удавалось подловить его за скупой улыбкой, Николас старался выглядеть сдержанно и даже несколько осуждающе. Он считал, что я слишком сильно полюбила чужого ребенка. И он был прав.
Это были не единственные изменения, которые я подмечала в своем ближнем окружении. Вечно отстраненная Сахаар, к всеобщему изумлению, начала выбираться из своей берлоги и даже помогала нам с Делией по хозяйству, выборочно присоединяясь к некоторым разговорам, хоть и продолжала ворчать ради приличия.
Вот и сейчас, пока мы суматошно бегали из одного угла кухни в другой, Сахаар с невозмутимым видом стояла у котла и почти играючи бросала туда щепотки приправы.
– У меня от вашей беготни в глазах двоится, – брезгливо покосилась она на нас с Делией.
– Может, сядете? В вашем возрасте вредно так долго стоять, – произнесла я с почти натуральным сочувствием, быстро нарезая овощи.
– Ты даже не знаешь, сколько мне лет, – прокаркала Сахаар, поправляя волосы. – Я еще всех вас переживу. – Она замолчала и, прищурившись, посмотрела на дно котла, будто о чем-то задумалась.
Прерывать ход ее безумных мыслей я не решилась.
Я высыпала нарезанные овощи в чашу, тщательно все перемешала и поставила готовое блюдо на полностью заставленный стол. Делия добавила еще одно и уперла руки в бока, критически оценивая результат. Судя по выражению ее лица, вердикт был утешительным.
– Можно переносить, – сообщила она. Она выглянула в окно и немного раздраженно вздохнула. – Где носит Ника? Они вот-вот прибудут.
– Не волнуйтесь, он успеет, – улыбнулась я и взяла в обе руки большие миски. – Вы же знаете своего сына.
– Знаю, – проворчала Делия и устало приложила прохладную ладонь к разгоряченному лицу. Мы готовили с самого утра, и я прекрасно понимала ее состояние. У меня самой голова гудела, а глаза слипались.
– Я спрошу у кого-нибудь, не вернулся ли он, – пообещала я, направляясь к двери.
– Если бы он вернулся, ты была бы первой, кто узнал об этом, – весело ухмыльнулась Делия.
Смутившись, я покачала головой и толкнула дверь плечом. Столп ароматов и шум тут же обрушились на меня, а глаза ослепило ярким светом. Мир вокруг погрузился в золото и пламя, но эта картина не была похожа на ту, что открылась передо мной более полугода назад. На то, что я видела сейчас, хотелось смотреть вечно.
Медленно, будто в трансе, я шагала вдоль тропинок, которые петляли среди подсвеченных угасающим солнцем домов, и по моему лицу прыгали тени. Как отражались облака в воде безмятежного озера, так и красно-желтое закатное небо находило продолжение на земле, озаренной пламенем костров. В их свете утопала вся долина, делая ранний вечер ярче позднего дня.
Мимо меня трусцой пробегали воины, спеша завершить последние приготовления к достойному приему своих собратьев, с которыми им предстояло плечом к плечу дать отпор врагу – самому сильному и коварному из всех, с кем доводилось встречаться ранее. Кто-то исполнял свой долг перед вождем и кланом, суетясь наравне со всеми, другие просто предвкушали встречу со старыми друзьями, зная, что этой ночью вспомнят все совместные битвы, поднимая воинский дух перед лицом грядущей.
Ароматы жареного мяса и овощей плыли за мной по воздуху, вызывая голодное урчание в животе. Они доносились из каждого дома, а на улице тут и там попадались огромные вертела с жарящейся на них дичью. Сегодня все наедятся вдоволь.
Я так и не дошла до нужного места – остановилась. Ветер огладил лицо. Ощущая, как кудри развеваются позади, я обводила взглядом деревню, и грудь с каждым мгновением сдавливало все сильнее. Внутри разлилось какое-то трогательное чувство, из-за которого губы дрогнули в легкой улыбке, а глаза предательски защипало.
