Я обернулась, не веря своим ушам.
– Что?
Ник по-прежнему гладил притихшего от ласки коня и пристально смотрел на меня.
– Я дам тебе шанс. Но если он что-нибудь вытворит, я сразу отправлюсь предлагать его в соседнюю деревню.
Мои губы дернулись, а потом растянулись в самой широкой за много месяцев улыбке.
– Спасибо!
Его лицо тоже подозрительно дрогнуло, но Николасу удалось сохранить строгий вид.
– Как бы я не пожалел.
– Не пожалеешь, – пообещала я и присела, чтобы почистить коню ноги.
Я закрыла дверцу стойла, сверху донизу испещренную глубокими бороздами, и сложила на место щетки. Вспомнив про нетронутое яблоко в кармане, я раскусила его на три части и протянула на ладони Мятежу, Вулкану и Бурану, притворяясь, что не заметила укоризненного взгляда Николаса. Он промолчал. Видимо, понял, что меня было бесполезно ругать.
Мы не спеша прошли к выходу из конюшни. Но в дверях Николас остановился.
– Я тут еще не закончил, – ответил он на мой вопросительный взгляд.
– Я могу еще что-то сделать? – спросила я, втайне надеясь задержаться здесь подольше.
Ник покачал головой:
– Справлюсь один. Твоей руке нужен отдых.
Я осторожно повела плечом. Мне казалось, что я успешно скрывала боль, но от него ничего нельзя было утаить. Я кивнула и уже собралась уйти, как вдруг Николас тихо, даже будто неуверенно окликнул меня по имени.
– Да?
Солнце подсветило его глаза, делая их еще светлее и заставляя его немного опустить голову.
– Я не хотел этого говорить.
Я сглотнула и отвернулась. У меня не было никакого желания вспоминать вчерашний вечер.
– Фрейя, – он мягко дотронулся до моей ладони, – мне жаль, что я обидел тебя. В тех словах нет правды.
– Так ли уж нет? – горько усмехнулась я.
– Что-то мне подсказывает, что рабыни не спят до обеда, не игнорируют приказы и уж точно не заговаривают будущим вождям зубы, чтобы хитростью проникнуть в стойла их лошадей, – с усмешкой перечислял Ник.
Я скрестила руки на груди и перекатилась с пятки на носок, почувствовав неловкость.
– Возможно, будущие вожди сами в этом виноваты.
– Возможно, – не стал спорить он. Уголок его рта слегка подрагивал.
Лезвие ритмично постукивало по гладкой поверхности деревянной доски, чуть размокшей от травяного сока. Я нарезала зелень и высыпала ее в котел, где уже шипело и бурлило почти готовое рагу. Начав помешивать, я устало посмотрела в окно, в котором отражались огни редких костров и исходящий из других хижин свет.
Днем, после того как оставила Николаса заканчивать дела в конюшне, я не пошла отдыхать, как он просил. Не смогла заставить себя, понимая, что Ник в это время отрабатывает потраченные на меня средства. Поэтому весь оставшийся день я помогала Сахаар, а на закате Делия скромно попросила меня приготовить ужин, пока она зашивает рассеченный подбородок какого-то неудачливого паренька.
Оставив мясо и овощи дожариваться на огне, я вернулась к столу, чтобы нарезать хрустящий хлеб. Не считая того яблока, я так ничего и не съела за весь день и теперь волком поглядывала на кипящий котел.
Послышался детский голосок за дверью, и она тотчас распахнулась, впуская растрепанную Лети, которая сжимала что-то в кулачке. За ней в дом вошла Делия и с удовольствием принюхалась:
– Как вкусно пахнет!
Лети привстала на носочки, чтобы с интересом посмотреть на лопающиеся вокруг мяса пузырьки, и я потрепала ее по голове.
– Осторожно, не обожгись, – предупредила я. Девочка послушно отступила и уселась за стол, нетерпеливо застучав пальцами по его поверхности. – Потерпи, почти все готово.
Я наполнила для них миски, разлила по кружкам молоко, протянула ломтики хлеба и замешкалась, не зная, что делать дальше.
– Отужинай сегодня с нами, – предложила Делия, а когда я отрицательно замотала головой, мягким, умоляющим голосом продолжила: – Пожалуйста, милая, мы так редко видимся. Если ты беспокоишься из-за Аяна, он придет домой позже.
Я не стала признаваться ей в настоящей причине отказа – нежелании даже на некоторое время становиться частью их семьи, терзать свое сердце образами того, как могло было быть и с кем. Однако в ее словах была доля правды. Я старалась не попадаться на глаза Аяну, который, как и Николас, регулярно чем-то занимался и собирался в Доме Совета со старшими воинами.
– Ладно, только недолго, – сдалась я под напором двух пар умоляющих глаз и положила в чистую миску несколько неполных ложек рагу.
– Побольше, Фрейя! Ты совсем не ешь! – возмутилась Делия.
– Спасибо, – поблагодарила я, когда все расселись и принялись за ужин.
Делия только отмахнулась и протянула мне самый большой ломоть хлеба.
Вопреки моим опасениям тишина над столом висела недолго, а неловкость и вовсе испарилась, когда Делия начала оживленно делиться событиями прошедшего дня. Она рассказала веселую историю о пареньке, который умудрился разбить подбородок, поскользнувшись на куче неубранного лошадиного навоза. Отсмеявшись, я вдруг заподозрила неладное и заметила, как внимательно, почти не мигая, меня рассматривает Лети. И не ошиблась.
