Последние несколько лет сумятица в голове Шарлотты прогрессировала, и теперь она частенько терялась во время своих скитаний. Иногда Мод находила ее плачущей в какой-нибудь комнате – Шарлотта не понимала, где находится. Самое ужасное, что она все чаще забывала, где находится туалет. Надеть же на нее подгузник было невозможно – Шарлотта тут же его срывала. «Я тебе не младенец!» – визжала она, швыряя подгузник на пол. Все больше времени отнимали у Мод стирка одежды и постельного белья, которое приходилось менять практически ежедневно. Не говоря уж о том, с какой частотой приходилось драить полы. Вот поэтому-то Мод так дорожила своим рабочим, учительским временем.
Много лет назад она заперла несколько дверей в апартаменте, например – в папин салон, или в родительскую спальню. Вначале Шарлотта выходила из себя, но теперь даже не упоминала об этом. Вероятно, она вовсе забыла о существовании этих комнат. Как и о многом другом. Она жила словно в каком-то постоянно сжимавшемся пузыре. И заставляла Мод жить так же.
«Почему я так живу?» – этим вопросом все чаще задавалась Мод. Но ответ был ей известен и так.
С тех самых пор, как Мод сама была маленькой, у нее была миссия – помогать Шарлотте и оберегать ее. А еще Мод пообещала матери на ее смертном одре, что не бросит старшую сестру.
Истина заключалась в том, что практически всю свою жизнь Мод защищала сестру, которая была на одиннадцать лет ее старше, никогда не подвергая сомнению свою миссию. После смерти матери Шарлотта оставалась единственным родным для Мод человеческим существом.
«В этом году мне исполнилось пятьдесят, и теперь мне кажется, будто я отбываю пожизненный срок», – думала Мод. Почему эти мысли возникли у нее именно сейчас? Вероятно, как раз потому, что ей уже пятьдесят. Причем «уже» – это ключевое слово. Многое в жизни уже пролетело мимо Мод…
Не было никакого простого выхода из той непростой жизненной ситуации, в которой оказалась Мод. По крайней мере, его не видела Мод. Ей оставалось лишь терпеть. Но что произойдет в тот день, когда терпение Мод кончится? Мод не хотела даже додумывать эту мысль до конца.
У Мод внезапно засосало под ложечкой. Она вдруг со всей очевидностью поняла, что дома что-то случилось за время ее четырехчасового отсутствия, пока Шарлотта была предоставлена сама себе.
С тех пор, как уехала Хильда, Мод каждый день бежала домой в обеденный перерыв, чтобы накормить сестру и поесть самой. Шарлотта частенько еще спала, что было неудивительно после ее ночных бдений. После еды, однако, она оживала. В былые годы она всегда садилась за инструмент и музицировала несколько часов кряду, но в последнее время, возвращаясь по вечерам домой, Мод все реже слышала музыку. Теперь Мод никогда не знала наперед, что ждет ее дома.
Мод со страхом повернула ключ и открыла дверь.
В апартаменте царили тишина и полумрак.
– Шарлотта? Я дома, – крикнула Мод.
Никакого ответа.
Мод щелкнула выключателем в холле и поскорее сбросила верхнюю одежду и обувь. Потом она, на ходу включая верхний свет, почти галопом понеслась по комнатам.
Шарлотта нашлась в большой ванной. Стояла совершенно голая. На полу кучей валялась дурно пахнущая одежда.
– Как хорошо, что ты уже здесь. Сейчас мы ополоснем тебя под душем…
– Не хочу! – заверещала Шарлотта.
Она отскочила прочь от кучи грязной одежды и прислонилась к холодному кафелю. «Ну вот, теперь еще придется отмывать стену», – обреченно подумала Мод. Она шагнула вперед и крепко взяла сестру за тонкое запястье. Свободной рукой Шарлотта принялась колотить Мод. Фигуры этого танца они досконально изучили за несколько последних лет. Мод проворно ухватила Шарлотту за вторую руку. Крепко держа сестру за обе руки, она подтащила ее к ванне и заставила залезть внутрь. Точно как и во всех предыдущих случаях, в этот миг Шарлотта сдулась. Она заплакала, но больше не пыталась вырваться.
После купания Мод отвела Шарлотту в спальню и надела на нее чистую ночную сорочку и халат. Халат был из клетчатой шотландки, на подкладе из мягкой фланели. Это был зимний халат их матери, и Шарлотта его любила. Она успокаивалась, завернувшись в него. Возможно, она все еще ощущала запах матери. Или его мягкая тяжесть заставляла Шарлотту чувствовать себя в безопасности.
– Я сейчас займусь ужином, – сказала Мод.
Шарлотта, как обычно, не обратила на ее слова внимания. Со вздохом она скользнула в постель и повернулась на бок, лицом к стене. Хорошо бы она так полежала, пока Мод отмоет ванную и запихнет белье в машинку. Потом нужно будет всего лишь почистить картошку и нажарить котлет. Соус Мод моментом разведет из порошка – нужно всего лишь высыпать его из пакетика и добавить воды. Приготовление пищи не было коньком Мод. Но она должна была этим заниматься ради Шарлотты. Несмотря на то, что сестра ела не так уж много, она предпочитала употреблять только то, что считала вкусным. Сегодня вечером она точно съест парочку котлет. Капустный салат обычно оставался на тарелке Шарлотты нетронутым.
