Фрекен Жюли полностью

Педер Веламсон. И на здоровье!

Монс. А нашел король мою Карин?

Педер Веламсон. Не знаю! Едва ли!

Монс. А чего она сбежала от него?

Педер Веламсон. Ее королева-вдова запугала!

Монс. Ну, семейка!

Педер Веламсон. Небось твои родственнички!

Монс. Могли кого и получше найти! Думаешь, мне очень нравится, что я у всех на виду? Совсем даже наоборот! Другие свой позор могут спрятать, а мой на все королевство видать!

Педер Веламсон. Да, правда, кто-то ходит под окном.

Оборачиваются к окну в глубине сцены; один ставень открыт; в окне мелькает белое, замученное лицо Карин и тотчас исчезает.

Монс. Ты тоже видел?

Педер Веламсон. Видел! Карин! Слушай, Монс, ты чванишься больше любого герцога, а не к лицу это тебе! Будь ты человеком!

Монс. Дай-ка палку мне, вон в углу стоит!

Педер Веламсон. Я бы лучше сам тебя палкой огрел, кабы не волосы твои седые!

Монс. А ну, убирайся, покуда цел!

Педер Веламсон (пятится к двери). Я?! (Уходит и оставляет дверь открытой.).

Карин (на пороге). Можно мне войти?

Монс. Проголодалась, что ли?

Карин. Нет, не то. Плохо мне.

Монс. Возмездие за грех – смерть.

Карин. Сама знаю, но перед смертью я хотела бы увидеть сестриц и братьев.

Монс. Незачем!

Карин. Это такое жестокое наказание! Отец, отец!

Монс (встает, берет палку и снова садится). Не подходи – убью!

Карин. Ты забудь, что я была твоей дочерью, думай, что перед тобой нищенка, которая бродила по лесам и полям, и ноги уже не держат ее. Можно, я сяду у твоего порога, как бродяга, как бездомная собака?

Монс. Вон отсюда! Иди, иди, покуда ноги не сотрешь…

Карин (подходит к печи). Воды хоть можно напиться из ведра?..

Монс. Не марай ведро, шлюха. Хочешь есть и пить – ступай в хлев, там твое место…

Карин (подходит к Монсу). Ты бей меня, бей, только не гони. Может быть, я не хуже других.

Монс поднимает палку.

Эрик (входя). Что ты задумал, солдат?

Монс. Собрался собственную дочку поучить.

Эрик. Поздно собрался, ибо теперь я ее защитник, раз ты гонишь собственное дитя.

Монс молчит.

Будь ты чуть повежливей, я по всей форме просил бы у тебя руки твоей дочери; теперь же я лишь приглашаю тебя на свадьбу, не более.

Монс молчит.

Ты считаешь, что я виноват, и я признаю свою вину. А теперь я хочу исправиться, но и ты должен меня простить. Протяни руку дочери!

Монс молчит и смотрит на него насмешливо и недоверчиво.

Ты, кажется, думаешь, что я… не в своем уме. Оттого, что себя ты считаешь в своем уме и считаешь, что ты вел бы себя совсем иначе, окажись ты в моей шкуре. Меж тем я все верно говорю. А тебе мог бы попасться зять и похуже.

Монс молчит.

Не отвечает! Когда, где еще король терпел такое униженье?.. Неужто ты не понимаешь, как высоко ценю я твою дочь, если собираюсь сделать ее королевой и являюсь с визитом к такому высокомерному невеже! И грубияну! Я ухожу! Как бы не раскаяться мне в моем поступке, навеянном великодушием и недоступном твоему пониманию! Пойдем, Карин!.. Пойдем! (Уходит, уводя за руку Карин. Оборачивается.) Я прощаю тебе, оттого что сам нуждаюсь в прощении! Недавно я считал себя худшим из смертных, но теперь вижу, что я даже чуточку лучше тебя!

Библиотека в башне. Герцог Юхан сидит за письменным столом, склонясь над толстым томом. Стучат.

Юхан. Войдите.

Входит герцог Карл.

Ты спал?

Карл. Да, выспался и все решил!

Юхан. И что же ты решил?

Карл. Что избавление от мелких князьков не такое уж горе для страны.

Юхан. Таково же, кажется, и общее мнение! Но страною не может править безумец!

Карл. В том-то и тонкость… Безумец ли он?

Юхан. Без сомненья!

Карл. Постой! Муки совести, раскаяние, покаяние – еще не безумие!

Юхан. Но ты не знаешь последней его выходки – чистое безумие! Ты не знаешь того, что он, король, явился с визитом к солдату Монсу, просил по всей форме руки его дочери, и готовит свадьбу, и уже пригласил меня. Ты тоже вот-вот получишь приглашение!

Карл (задумчиво ходит взад-вперед) Это не умно, да, но это и не безумие!

Юхан. Нет? Значит, по-твоему, пусть шведский трон наследуют внуки солдата Монса?

Карл. Я бы этого не хотел; но дети, рожденные вне брака, не могут ведь быть престолонаследниками.

Юхан. Не могут? Йоран Перссон, ловкий дьявол и единственный государственный деятель в этой стране, добьется от риксдага всего, чего ему захочется… Добился же он моего смертного приговора… он заставит риксдаг узаконить девкиных детей, и их признают наследниками.

Карл. А нельзя ли его убрать?

Юхан. Попробуй! Верней – Йоран ничто без Эрика, стало быть…

Карл. И Эрика долой!.. Но он ведь брат нам…

Юхан. Нет, сам он отрекается от нас, ибо матери у нас разные!

Карл. Возможно, если бы мы вместе произвели переворот…

Юхан. Риксдаг встал бы потом на нашу сторону…

Карл. Юхан, где ты набрался таких понятий?

Юхан. У врагов моих!

Карл. Дурные учителя! Но, положим, мы двое учиним переворот – что тогда?

Юхан. Двое и займем престол! Трон, на котором сиживал Густав Васа, достаточно широк и для двоих!

Карл. Значит – решено? Где твоя рука?