ФрендЗона полностью

Она стояла рядом с Джеймсом, и они о чем-то болтали, Ни разу в жизни я ее не терял дара речи, но в этот момент меня будто переклинило. Я забыл человеческий язык, когда увидел ее.

Ее!

Она, наверное, была самым прекрасным созданием, что я встречал в своей жалкой и скучной жизни, она внесла в мою жизнь столько акварели, столько красочной гуаши. Ее красоту невозможно передать в нескольких строчках: красивые, большие, темные глаза, прекрасные черты лица, скулы, тонкий нос и черные длинные волосы – создавали просто невообразимую картину. В ней было прекрасно все.

Наверное, в тот момент я был похож на придурка, который стоит с открытым ртом.

Джеймс заметил мое состояние и поспешил меня представить – Софии, познакомься – это мой друг Александр! Алекс – это моя знакомая, София! – мой рот все еще оставался, видимо, открытым. Ей-богу, я не мог отвести взгляд – так она была красива. Если видишь такое в жизни, то стараешься навсегда запечатлеть в недрах своей памяти.

– Очень приятно! – сказала она, пожав мне руку. Как звучал ее голос, я не расслышал, не знаю, почему. Это было со мной впервые в жизни. Позже я пытался вспомнить, как он звучит, но все зря.

В ответ на ее слова я только кивнул головой и что-то пробормотал о взаимности. Мой чертов язык подвел меня. Потом я ляпнул какую-то дурацкую шутку, что нам пора идти, пока нас не сдали на препараты. Мне стало неловко за эту шутку, я даже смутился.

Всю пару, все сто восемьдесят минут, я думал о ней. Я не слышал и плохо воспринимал все, что вокруг меня происходило, что рассказывал преподаватель и что он показывал. Я не мог ее выкинуть с головы.

У нас был маленький перерыв, чтобы немного отдохнуть от научной тяжести. Я вышел в коридор и увидел ее: она сидела в аудитории напротив, дверь была немного приоткрыта, поэтому я заметил ее. Я стоял и смотрел, не замечая людей, которые меня обходили, но мне было наплевать.

Наверное, сейчас я могу предположить, что тот момент и стал в моей жизни самым значимым – я встретил настоящую любовь, как мне казалось тогда. До этого, конечно, у меня была первая «школьная» любовь, но она не могла сравниться с тем, что я обрел в тот момент в коридоре больницы.

Шли дни, но я больше не встречал ее, всюду каждая брюнетка мне казалась похожей на нее, и при каждом этом «показалось» мое сердце бешено билось.

В один из дней я вспомнил, что все же двадцать первый век на дворе и почти всех можно найти в волшебной стране под названием «социальная сеть».

– Как ее фамилия? – спросил я Джеймса, когда мы обедали в одной из кафешек в перерыве между последними парами в университете.

– София Льюис, вижу, ты запал на нее! – он засмеялся.

Я действительно запал на нее, словно мальчишка запал.

Вечером я начал изучение социальной сети, чтобы найти брюнетку по имени София. Единственное, что дало мне большую фору – то, что мы учились в одном университете.

Через несколько десятков минут я нашел ее!

Я смотрел ее «профиль», ее фотки, она была необычайно красивой; я бы сказал, что в жизни точно не встречал таких прекрасных девушек, как она. Мое сердце билось так быстро, и когда я смотрел на нее, мне так хотелось улыбаться и почему-то петь.

Оставалось ей написать.

Как всегда, сообщение какому-то знакомому или малознакомому человеку начинается с «Привет, как дела?» Слишком банально и просто, подумал я и решил сломать стереотипы, написав «Привет, прекрасное фото! Отлично выглядишь!» Не знаю, почему я это сделал, но даже здесь я сумел выделиться среди всех других миллиардов переписок и написать такую ерунду.

Но было поздно, сообщение улетело и сделать уже нельзя было ничего.

Ее, конечно, в сети не было, и я пошел заниматься домашним заданием – изучать химию, которую я просто-таки ненавидел, и не успел даже оглянуться, как наступил поздний вечер. С химией было покончено – я просто перестал ее читать и кинул книжку. Войдя в Интернет, я увидел сообщение от нее – «Привет. Спасибо большое, мне очень приятно». В конце стоял смайлик, и я сразу же вспомнил ее улыбку. До чего же она была прекрасна, даже по ту сторону монитора.

Через несколько сообщений мой мозг наконец-то пришел в себя после бури, которая сотворилась в голове и включился в процесс общения – письменного общения с ней. Мы говорили почти всю ночь, до трёх утра; мне казалось, у нас с ней столько общего – у нас одинаковый взгляд на мир, мы оба реалиста. И мне это нравилось в ней.

София была не из тех, кто говорит без остановки, наоборот, она была слишком сдержанной, но говорила с удовольствием со мной, задавала вопросы, и иногда мне кажется, что в тот вечер я даже заинтересовал ее.

С того вечера мы переписывались каждый день, и я думал о ней каждую секунду.