Мы встречались четыре месяца до нашей первой ночи, я никогда не торопил ее, это должно было быть ее решением. Я никогда не смотрел на неё как на плод сексуальной фантазии – если любишь девушку, то первым делом она должна быть твоим другом. А секс – это всего лишь секс, он может быть с кем угодно. Первая ночь для некоторых девушек (порядочных, конечно же) становится словно каким-то ритуалом, который парень или мужчина должен пройти от начала до конца, чтобы получить благословение для своих дальнейших действий.
Наша первая ночь была особенной; мы поехали за город с моими друзьями и она сказала, что готова. Я попытался устроить все так, чтобы все было по «ритуалу» – ужин при свечах, шампанское, лепестками роз посыпанная кровать, романтическая музыка.
И вот это случилось!
Мы занимались любовью – не сексом, а именно любовью, настоящей любовью, при которой каждый миг приносит столько чувств, что кажется, что вселенная вращается вокруг вас, что внутри бурлит океан, что в мире не существует ничего, кроме вас двоих. Каждая секунда – райское наслаждение.
Следующие восемь месяцев проходили также, бури эмоций сменялись штормами и казалось, что мы самые счастливые в мире, и нам больше ничего не нужно, только быть вместе навсегда.
Наступил май.
Май изменил все. Мы встречались, общались, занимались любовью. В какой-то момент я начал задумываться о том, что я хочу на ней жениться, что она должна быть моей и только моей. Хоть я и никогда не ревновал ее. Я знал, что из-за ее дьявольской красоты за ней бегает куча парней, но я не переживал, я знал, что она к себе так просто никогда никого не подпустит. Я доверял ей иногда даже больше, чем себе, хотя и существует пословица «Как можно кому-то доверять – если не можешь довериться себе?!»
– Скоро экзамены, мы не сможем так часто видеться – сказала она мне в один из вечеров, когда мы гуляли по набережной.
– Это почему же? – спросил я.
– Мне надо готовиться, а ты отбираешь у меня слишком много времени, – наверное, в тот момент ее эгоизм и начал показывать свое лицо.
– Я забираю у тебя много времени? Интересно, для кого же ты его бережешь?
– я пытался шутить, хотя мне стало обидно.
– Мне серьезно надо много учить. До экзаменов всего полтора недели.
– Ничего, справишься, я уеду на выходные, мне надо родителей повидать, вот и поучишься.
– Я тебе не о выходных говорю! – она даже рассердилась – Я говорю о будних днях.
– Что ты от меня хочешь? – я тоже начинал сердиться. До этого мы с ней ссорились всего один раз и то по мелочи – из-за того, что я пришел пьяным в полпятого утра и кричал под ее окном.
– Я тебе уже сказала! – ее глаза как будто поменялись в ту секунду, я словно смотрел на другого человека, незнакомого мне.
– Ну хорошо, – согласился я. – Не хочешь видеться – не будем!
Меня это сильно взбесило. Если девушка, которую вы любите, не хочет уделять вам время – стоит задуматься, любит ли она вас всерьез или же это просто игра.
После этого разговора я был сам не свой, меня раздражало ее поведение. Как можно быть такой?
Следующие несколько дней были еще хуже, мы то и дело ссорились из-за разных мелочей и при каждой ссоре она была зачинщиком. А у меня просто не было другого выхода, кроме как поддерживать эту ссору или же убежать от нее. Моей чертой характера было то, что я не мог согласиться с человеком, если он был не прав или же его точка мнения не совпадала с моей, и я мог спорить долго, пока он не сдавался.
В конце недели я выключил телефон и уехал к родителям на выходные. Все выходные я то и дело корил себя за какие-то ошибки, миллионы раз прокручивал сцены и думал – нельзя ли было сделать по-другому, чтобы получилось не так, как есть? Я чувствовал вину за то, что уехал, не попросив у нее прощения, хотя прекрасно понимал, что я не затевал эти ссоры, все же надо быть хорошим парнем.
Выходные тянулись для меня словно годы без нее, мне хотелось скорее вернуться домой, обнять Софи, крепко поцеловать и сказать, что больше мы не будем расставаться.
Видимо, она хотела того же. Когда она увидела меня, то начал рыдать и извиняться, говорить, что была не права, что сильно любит меня. И чтобы больше никогда я ее не оставлял так надолго, хотя прошло-то всего три дня.
В этот момент я понял одну истину – слезы значат больше, чем улыбка, потому что улыбаемся мы всем подряд, а плачем только из-за тех, кого любим.
Прошло лето. Пошел третий курс, мы по-прежнему были без ума друг от друга, но та страсть, те эмоции – они не остались прежними, они перешли на новый уровень, когда ты уже привыкаешь, что человек рядом с тобой, вы становитесь единым целым и кажется, что уже только смерть может разлучить вас.
За год, проведенный вместе с Софии, я привык ко всем чертам ее характера, ее эгоизму, самовлюбленности. Она умела любить других и любить меня, но все же больше всего на свете она любила только себя – это, наверное, был один из самых больших ее минусов. Меня даже это не раздражало, я любил ее такой, какая она есть.
