— Тебе уже встречались раньше эти гоблины? — спросил Фрэнк, не особо прислушиваясь к этим фантазиям.
— Неа, — ответила Тэсса, — меня редко отправляли на такую мелочевку, обычно мне доставалось что-то куда опаснее. Хотя вот такие пакостники самые противные и есть. Теперь мне придется их подманивать…
— На какую наживку? — заинтересовался он.
Тэсса повела глазами в сторону беззаботного Холли, и Фрэнк недоверчиво прищурился.
— Серьезно?
— Лучше, конечно, маленькие дети, но Бренда и Джон меня даже близко к ним не подпустят.
— Вручишь ему корзинку с пирожками и отправишь через лес к бабушке?
— Вроде того.
— Думаешь, наша Красная шапочка согласится на это?
— А с чего бы ему отказываться? Не сказать, что Холли так уж сильно занят в последнее время.
Фрэнк пожал плечами, искренне надеясь, что хотя бы это будет весело.
Когда они набили багажник ветками и вернулись к Холли, тот успел заболтать сам себя до одури и задремать.
Тэсса достала сэндвичи и термос с кофе, и Фрэнк с огорчением заметил, что ее руки оцарапаны после борьбы с остролистом. В последнее время Тэсса не ранилась, но раньше ее синяки и ссадины заживали с нечеловеческой скоростью. Она даже опьянеть как следует не могла из-за ускоренной регенерации. Как обстояли дела теперь, Фрэнк не очень понимал, но обещал себе понаблюдать за Тэссой. Ну почему так много всего происходило везде и сразу, а его пугали перемены. Вот бы тебе кто-нибудь дал пожизненную гарантию о том, что ты до конца своих дней будешь любим.
Холли разворчался, просыпаясь, потянулся к Тэссе и положил ей голову на колени. Она кормила его своим сэндвичем, от которого они оба откусывали по очереди. Глядя на них, Фрэнк ощутил такой голод, будто после завтрака минули недели.
— Как ты смотришь на то, — спросила Тэсса у Холли, — чтобы стать приманкой для стаи брэгов?
— Никогда в жизни не был приманкой, — обрадовался Холли. — Наверное, это будет так интересно! Ты выбрала меня, потому что я самая прекрасная девственница Нью-Ньюлина? Ну, почти девственница. С некоторыми поправками.
Тэсса расхохоталась так заразительно, что даже Фрэнк почувствовал, что улыбается.
— Ох, Холли, мы же не на драконов собираемся, — воскликнула она.
— А что, — спросил Фрэнк, — у ордена есть штатные девственницы на случай драконов?
Она хмыкнула.
— Всегда есть волонтеры, повернутые на адреналине. Ты даже не представляешь, на что способны люди, которым кажется, что они живут слишком скучно.
— И как это будет? — заерзал Холли. — Я буду гулять один-одинешенек по лесу, а ты следовать за мной, прыгая с ветки на ветку деревьев? И когда эти гоблины набросятся на меня, чтобы вырвать мое пылающее сердце, ты появишься с громом и молниями и поразишь их всех с одного удара?
— Что ты читал в последнее время? — поразился Фрэнк. — Приключения Тарзана, сына Одина?
— В моей голове слишком много сюжетов, — пожаловался Холли. — Они рождаются и рождаются, множатся, нагромождаются. Если вы в ближайшее время не сделайте хоть что-нибудь для поднятия моего настроения, то я просто лопну, так и знайте.
— Я придумала тебе опасное приключение, — обиделась Тэсса. — Разве этого недостаточно?
Холли призадумался, и это, определенно, внушало опасения.
— Мой пони умер, — наконец, грустно произнес он. — Это сильное потрясение. Безусловно, нужно что-то большое, чтобы утешить меня.
— Большое как что? — уточнила она.
— Большое как пара попугаев.
— Ни за что, — тут же возразил Фрэнк, которому и трескотни одного Холли хватало.
— Тэсса, скажи ему, — заканючил Холли. — Всего лишь две безобидные пестрые птички. Я думаю, породы «монах».
— Это которые болтают без остановки? — припомнил Фрэнк.
— Я научу их восхвалять тебя, — откликнулся Холли с воодушевлением. — Только представь себе: приходишь ты домой после целого дня стругания или колотения, или чем ты там занимаешься в своей мастерской, а чудесные попугаи приговаривают в два голоса: «Фрэнки, Фрэнки, ты величайшая дубина в мире».
Фрэнк собирался возразить, но потом посмотрел на Тэссу, которая слушала их с рассеянной полуулыбкой, и замолчал. Ему не хотел выглядеть в ее глазах задиристым мальчишкой, который только то и делает, что придирается. В конце концов, это всего лишь попугаи, а не какие-нибудь страусы.
— Просто держи их от меня подальше, — буркнул он.
Тэсса удрученно покачала головой.
— Тебе действительно надо научиться говорить нам «нет», Фрэнк, — вздохнула она. — Иначе мы сядем тебе на шею.
В ее словах не было смысла — ему вовсе не хотелось говорить «нет». Наоборот, ему хотелось быть таким заботливым, чтобы в нем очень сильно нуждались.
***
На собрание психологического кружка Мэри Лу снова принесла печенье, и Джулия едва подавила раздражение. Сколько можно твердить, что любовь — это не еда! Не было никакой необходимости в чашках бесконечного чая и вязаных пледах, которые приносила Фанни, и в ароматных свечах, которые обожал Кенни. Все эти предметы преувеличенного комфорта являлись всего лишь костылями для тех, кому не на что больше опереться. Истинные силу и гармонию надо искать внутри себя, а не снаружи.
