Главное достижение Фицджеральда в «Последнем магнате» (The Love of the Last Tycoon) – крупный центральный герой, знаменитый продюсер Монро Стар. У Стара имелся прототип – сам великий Ирвинг Тальберг, «вундеркинд Голливуда», но все же писатель примерял (как свидетельствует в романе «Расколдованные» Бадд Шульберг, а также Артур Майзенер, биограф Фицджеральда) на себя необычного, крупного и талантливого героя. Как и Фицджеральд в последние годы жизни, Стар – больной, отчаявшийся человек, однако не потерявший до конца талант и энергию. Как и Фицджеральд, он предан близкими людьми. Трагическая и значительная фигура, Стар воплощает особый тип художника, делающего искусство, зависящее даже не от его воли и таланта, а от экономических и социальных сил, которыми он пытается овладеть и управлять.
«Последнего магната» ФСФ не закончил – его по подробным заметкам к ненаписанной части доделал и напечатал в 1941 г. Эдмунд Уилсон. Его переиздавали, переводили, в том числе и на русский.
Но этим он занимается вне кино, где ему сначала везет.
Он получает контракт на сценарий по одной из самых знаменитых книг «потерянного поколения», «Трем товарищам» Эриха Марии Ремарка. Фильм вышел в 1938 г., собрал отличную прессу, хотя ФСФ был разочарован и даже обозлен: режиссер Джозеф Манкевич сделал множество поправок и изменений. Но контракт возобновили, ФСФ продолжает работать – и писать об этом. «Безумное воскресенье» (Crazy Sunday), один из самых печальных рассказов Скотта об изнанке и магии кино, пожалуй, написан лучше, чем многие до него. Он собирается делать сценарий о Мари Кюри, работает одним из безымянных авторов для «Унесенных ветром», пишет реплики и диалоги для других фильмов, но…
Новый сценарий он так и не написал, потому что сорвался. Пьяное буйство в колледже университета New Hampshire, куда они приехали смотреть натуру, обошлось ему в увольнение из проекта. MGM разрывает с ним контракт в 1939 г., но оставляет его freelance, писателем без проекта.
С ним становится все тяжелее, но и ему самому не легче. Он отказывается сдать Зельду в государственную лечебницу, а Скотти отвозит в Vassar, тогда престижный женский колледж штата Нью-Йорк, и всеми силами, занимая деньги, отдавая, берясь за любую киноработу, снова занимая, ухитряется выполнять взятые на себя обязательства.
Пил он с принстонских времен. Способность американских студентов напиваться в лоскуты четырьмя-пятью банками американского же пива удивительна. В свое время Скотт едва не нарвался на отказ родителей Зельды, узнавших от кого-то, что он более чем склонен к спиртному. Между 1920-ми и 1930-ми он много раз был на волосок от смерти из-за тяжелых алкогольных отравлений. Биографы считают, что его знаменитое лечение от туберкулеза – прикрытие для лечения очередного жестокого запоя. Туберкулез у него был, даже с кровохарканьем, но проблем с выпивкой это не снимало. Сердечные приступы, глубокое переутомление, несмотря на запреты докторов, и опять спиртное. К каждой из дат хронологического списка можно добавить слово: «Пьянство».
Но в тот самый день, 20 декабря 1940 г., он был почти трезв. После премьеры легкой романтической комедии они с Шейлой Грэм выходили из кинотеатра, и у него началось сильное головокружение. Скотт вдруг испугался, что его примут за пьяного. Он добрался до квартиры Шейлы, куда не надо было подниматься по лестнице, и даже лег спать, но утром, взяв свежий выпуск газеты Ассоциации выпускников Принстона, вдруг рухнул на пол.
Дороти Паркер плакала на его похоронах и повторяла: «Бедный сукин сын…» (The poor sun-of-a-bitch…) – реплику из эпизода на похоронах Джея Гэтсби.
Тело доставили в Мэриленд. Среди немногих присутствующих были Максвелл Перкинс и девятнадцатилетняя тогда Скотти. Потом она вспоминала, как в колледже получала от отца письма, распечатывала и, не вынимая письма, трясла конверт, ожидая, выпадет ли чек. И в любом случае не читая убирала конверт в ящик.
Фицджеральда похоронили не на благопристойном католическом кладбище, где лежали его родители.
Спустя восемь лет Зельда, запертая в палате на верхнем этаже лечебницы «Хайленд» в Северной Каролине, не смогла выбраться наружу, когда ночью загорелось здание. Она и еще девять пациенток сгорели заживо.
Скотти, тогда уже Смит, пришлось потратить почти тридцать пять лет, чтобы диоцез Балтимора признал, что ее отец умер католиком, и разрешил похоронить его, а с ним и Зельду на кладбище Святой Марии в Роквилле, Мэриленд. На их надгробье выбиты последние строки «Великого Гэтсби»:
Так мы и пытаемся плыть, борясь с течением, а оно все сносит и сносит наши суденышки обратно в прошлое.
1896
Сентябрь. Родился в Сент-Поле.
1908
Сентябрь. Поступает в школу в Сент-Поле.
1911
Сентябрь. Поступает в школу Ньюмена в Нью-Джерси.
1913
Сентябрь. Поступает в Принстон.
1915
