Снейп игнорировал меня. То есть, игнорировал совсем. Ни взгляда, ни слова. Он дал задание, ходил от котла к котлу, но в мой даже не заглянул. Еще с сентября он заставил меня работать отдельно, вернув в пару к Блезу Миллисент. Я был вольна делать, что угодно со своим зельем. И если бы я сейчас вовсе не стала его варить, не думаю, что он обратил бы на это внимание. Да что с ним такое? Или со мной. Не помню, чтобы я тренировалась в чарах невидимости. Хоть меня это и порядком нервировало, мне все же удалось сварить почти нормальное зелье Неуязвимости. Оставляя флакон с образцом на его столе, я, наконец, услышала первые признаки, что на меня все же обращают внимание.
- Мисс Берк, не могли бы вы задержаться.
Я отложила сумку, помахала Блезу (Малфой этим утром ожидаемо не явился на занятия) и присела на переднюю парту перед его столом. Он заполнял журнал, и не поднимал на меня глаз, пока не вышел последний ученик.
- Я… хотела бы извиниться…
- Речь пойдет не об этом, - даже не дослушав мои сбивчивые попытки быть вежливой, одернул меня Снейп. Я обиженно замолчала. Не так уже часто я просила прощения, чтобы вот так вот грубо прерывать меня посреди этого унизительного занятия. Мне и так было не по себе. – Панси Паркинсон на днях настигло неприятное проклятье. К сожалению, ни мадам Помфри, ни директор Дамблдор не смогли справиться с ним.
Конечно, не смогли. Еще в Карроте мы с ребятами развлекались с формулой Алопециуса. Не зная основных аксиом, которые заложены в нее (а они были ой как нестандартны), можно было до бесконечности пытаться его снять.
- Не понимаю, о чем вы, - я равнодушно пожала плечами.
- Прошу вас по-хорошему, верните студентке ее… внешний облик.
Волосы, он хотел сказать. Вернуть волосы. Ну уж нет. Она еще недостаточно прониклась всем ужасом ситуации.
По-хорошему, значит, просит? Так, да?
- Попробуйте попросить по-плохому, - мрачно предложила я. Уж что-что, а разговора о Панси я точно не ожидала, когда хотела поговорить со Снейпом.
- Перестаньте паясничать, - он потер виски. Должно быть, все еще плохо себя чувствует. Мне вдруг стало его жалко. Его, этого жуткого хмыря, который два месяца изводил меня своими отработками и атаками на сознание. Слизерин, очевидно, охватила волна безумия, и следом за Малфоем умом тронулась я.
- Я не знаю, что с ней такое, - я поджала губы.
- Знаете, - устало проговорил Снейп. - Вы ей отомстили за что-то.
Видно было, как ему не в радость все эти внутрифакультетские разборки.
- Зелье Одержимости. Она напоила меня им в ночь на Хэллоуин.
- У вас есть доказательства? – черные глаза едва ли не первый раз поглядели на меня. Не знаю, почему он избегал взглядов – может быть, боялся, что я вновь окажусь в его мыслях. Но сейчас-то он не в том состоянии, что был тогда.
- Я не жаловаться пришла и не обвинять. Я просто объясняю. Она знает, что это месть, значит, знает и за что. Пусть извинится, и я подумаю.
- Я был о вас лучшего мнения, - проговорил Снейп.
- Неужели? – я вскинула подбородок. Это, наверное, один из самых подлых приемов – показать кому-то, что в нем разочарован. Однако я ему не верила. Я была уверена, что худшего мнения обо мне, чем у Снейпа, просто не существовало в природе.
- Я настаиваю, чтобы вы сняли проклятие.
Я хмыкнула и скрестила руки на груди.
- Вас могут исключить за подобные выходки.
- Мне все равно. Она получила по заслугам. Никто не смеет издеваться надо мной.
- А вы смеете, да? Издеваться над другими? – он снова не смотрел на меня. В его ровном голосе промелькнуло нечто нехорошее. Я вспомнила рассказы Гарри о том, что Снейпа дико несправедливо унижали однокурсники в школе.
- Я ответила ударом на удар.
- Считаете, это правильно?
- А вы как считаете, профессор?
Его застывший на столе взгляд вновь вернулся на мое лицо.
- Обещайте снять проклятие, если мисс Паркинсон извинится.
Было что-то в его голосе такое, что мне совсем не захотелось спорить. Я вдруг почувствовала себя нашкодившей первокурсницей.
- Хорошо. Но пусть имеет в виду, что в следующий раз даже ваша просьба ей не поможет, - я подхватила свою сумку. – И мне потребуется некоторое время, чтобы вспомнить формулу обратного заклинания.
Точнее, вывести ее. В Карроте мы этим так и не озаботились.
- Слушай, Берк, - Малфой поймал меня в коридоре перед библиотекой, где нас уже ждали Блез и Гермиона. Выглядел он неважнецки – явно сказывалась бутылка дрянного пойла, которую он вчера влил в себя. – Я не совсем помню, что вчера было. Блез сказал, что ты притащила меня в спальню… - он глядел на меня в явном желании, чтобы я его успокоила.
- Я нашла тебя в гостиной и проводила до кровати, - опустив массу подробностей, сказала я.
- Я ведь… ну… не приставал к тебе?
- Нет, успокойся, Малфой. Ты был слишком пьян для этого, - я усмехнулась. Бедняге незачем знать правду. Как мне незачем было знать, что я лезла к нему в ночь Хэллоуина. Впрочем, сама заставила Блеза рассказать.
- Уф, - он выдохнул с облегчением и явно повеселел. – А что я говорил?
