— Этого-то я и боюсь, — проворчал прокурор Принцип.
— Боишься? — удивилась фрёкен Сталь. — Начальник полиции не должен ничего бояться!
Прокурор Принцип полистал газету и ещё раз ткнул пальцем.
— Ох, прости, я не заметила, что здесь и твоя фотография. Ты тоже молодец!
— Прочитайте, что под ней написано.
— «Начальник полиции городка Гдеугодно прокурор Принцип намерен поймать беглецов», — прочитала она.
Фрёкен Сталь отшвырнула газету и строго посмотрела на Ларса Принципа.
— Фу, стыд-позор, — сказала она. — Ты меня удивляешь! Неужели ты так и не вырос и по-прежнему играешь в казаков-разбойников? Вы уже здоровенные дядьки, а ты к тому же ещё и начальник полиции — не пристало вам играть.
— Я и не играю, — сказал прокурор и обиженно поджал губы, так что рот превратился в узенькую щёлочку. — Это дело серьёзное, фрёкен. Мои бывшие школьные приятели…
Но тут учительница прервала его. Порывшись в сумке, она извлекла жёлтый колокольчик и покачала его.
Динь-дон-динь, — разнеслось по переулку Яблочная Пожива.
— Перемена десять минут, — объявила фрёкен Сталь. — Садись на траву, Ларс, получишь яблоко.
— У меня нет времени, — попробовал отказаться Ларс Принцип.
— Тишина в классе! — перебила его фрёкен Сталь. — Ты уже это говорил…
— Я не…
Но тут прокурор умолк, потому что фрёкен Сталь сунула ему в рот большое красное яблоко.
— Хи-хи, — захихикала она. — Не будь ты начальником полиции, из тебя бы получился отличный рождественский поросёнок. А теперь жуй поскорее. После перемены расскажешь мне о своих прежних школьных приятелях.
Через десять минут фрёкен Сталь снова позвонила в колокольчик.
— Перемена окончена! — сказала она. — Если Ларс поднимет руку, то сможет задать вопрос.
— Не стану я поднимать руку, — надулся прокурор, — тут вам не школа. А я, между прочим, начальник полиции.
— А я, между прочим, твоя учительница, — ответила фрёкен Сталь. — И у меня тоже нет времени на игры. Так что будь добр, поднимай руку. А то так и останешься сидеть тут до конца дня.
Прокурор застонал, но руку поднял.
— Что ты хочешь сказать, Ларс? — спросила фрёкен Сталь.
— Хочу рассказать о моих прежних школьных приятелях, — прошипел он.
— С которыми ты играл в казаков-разбойников… — подсказала фрёкен Сталь.
— Они и есть теперь разбойники…
— Ябеда, — перебила его фрёкен Сталь.
Прокурор Принцип тяжело вздохнул:
— Это чистая правда, фрёкен: они грабители. А раз я начальник полиции в Гдеугодно, то дал себе слово поймать их.
Фрёкен Сталь содрогнулась.
— Грабители, — сказала она. — И ты сидел тут всё это время и молчал! Ты должен был сразу об этом сказать!
— Я пытался. Но вы не давали мне договорить. По крайней мере, теперь вы знаете, какие у меня заботы. Поймать грабителей потруднее, чем выбрать варенье к блинам.
— Вот канальи, — пробормотала фрёкен Сталь. — Бьюсь об заклад, что они шныряют по ночам и безобразничают. Если встречу их — им не поздоровится!
— Фрёкен Сталь и впрямь может их повстречать, — сказал прокурор. — Я как раз пришёл вас предупредить. Возможно, эти разбойники попытаются украсть ваши деньги.
— Фу, стыд-позор! — рассердилась фрёкен Сталь. — Ну, попадись они мне! Денег они не получат, а вот хороший урок — непременно.
— Оставьте нам, полицейским, заниматься преступниками, — сказал прокурор Ларс Принцип, выпятив грудь. — Это занятие не для дам.
Фрёкен Сталь мотнула головой.
— Воображала, — сказала она тихо. (Потому что так полицейскому говорить не полагается.)
Ларс Принцип отправился по своим делам, но остановился у калитки.
— Если услышите что-нибудь подозрительное, сразу звоните мне, — предупредил он. — Схватить этих воришек — моя забота.
— Позвонить ему — как же! — пробормотала себе под нос фрёкен Сталь.
А потом задумалась.
— Заботы! — выкрикнула она. — У меня тоже забот полон рот! Клубничное варенье, малиновое или яблочное пюре? Неужели никто мне не поможет?
Прокурор Ларс Принцип попрощался с фрёкен Сталь в её доме Квинтерфинтер. Если бы он только знал, что в это самое время неподалёку от переулка Яблочная Пожива вверх поднялись пятнадцать пальцев…
И эти пятнадцать пальцев принадлежали его старинным школьным приятелям, которых он так хотел повстречать. Длинные узкие пальцы принадлежали Густафу Гейеру. Пальцы с чёрными траурными полосками под ногтями — Нильсу Чихенстрёму. Короткие пухлые пальцы — Кристену Петерсону.
В комнате находился ещё один человек, который не поднял пальцы вверх. На нём была футболка в сине-бело-красную полоску. И на красной полоске чёрными буквами выделялась надпись «Chief».
Это был Андерс-Улле Плут. Все четверо были разбойниками, которых хотел поймать прокурор Ларс-Принцип.
— Обещаете всегда во всём мне подчиняться?! — выкрикнул Андерс-Улле.
— Обещаем, — отвечали все в один голос.
— Обещаете хранить всё в тайне?
— Обещаем.
— Ладно, можете опустить руки, — сказал Андерс-Улле. — Теперь вы члены банды. Мы станем лучшими грабителями в мире. Пора приступать к работе.
— Андерс-Улле…
