Фрирен — классическое фэнтези без исекая. Но как предки завещали: нам нужен попаданец!Один совершенно обычный мужчина, адекватный и, надеемся, не тупой, попадает в этот мир во времена эпохи незадолго до Войны с Королём демонов.Реинкарнирует, если быть более точным.Стоит ли уточнять, что жить он собирается долго и счастливо. А если получиться, то и ещё дольше.
1409 год от основания Империи. Лето.
9 лет.
Первой моей мыслью, если признавать честно, было то, что я попал в мир «Реинкарнации Безработного». Хотя нет, смотря ещё раньше — там была паника на грани истерии. Всё же не каждый день ты умираешь, это да…
Но мир похожий.
Ситуация та вообще была забавной. Уж умереть от того, что твой сын хотел дать тебе «витаминки» и, душа он добрая, перепутал баночки, подсыпав в кашу крысиный яд — действительно звучит как весёлая шутка.
Для человека, любящего юмор настолько чёрный, что собирает хлопок — уж точно смешная.
«Забавной-то это кажется сейчас, но уж точно не тогда», — поправил сам себя, — «Тогда вообще не до смеха было».
Действительно, оказаться в теле мелкого пацана, иждивенца, настолько зависимого от родителей, что даже мысли деться куда-то не возникало, оказалось тем ещё… испытанием.
Крепки нервы наши, да не из металла кованые.
Помыслить о чём-то привычном для взрослого стало равным тому, чтобы мечтать о несбыточном в прошлом теле. Вроде и можешь тешить себя желаниями когда-нибудь купить личный самолёт, но когда запал горит — нет денег, а когда деньги есть — сгорела уже мечта.
У меня этап сгоревших мечтаний наступил в тридцатник. Кризис средних лет называется, да.
Оставалось надеяться, что жена сможет устоять. Хотя куда она денется? Девушка она крепкая волей, работала наравне со мной, а денег из накоплений я им оставил достаточно, чтобы качество жизни в доме не слишком упало.
Всё же женился больше по расчёту, нежели по любви. Лучшее решение моей жизни. Продуманное, грамотное и логичное.
Любовь истаяла бы за года, а крепкая дружба и любовно созданная финансовая подушка, поливаемая двумя потоками почти равных доходов — она срастила наши отношения лучше всяких чувств.
Финансовая грамотность и раннее начало инвестиций — хороший вариант обеспечить безбедную пенсию. И детей со внуками отвлекать от их жизней не надо будет. Ещё и поддерживать их деньги останутся.
Тем более, что дружба между партнёрами, скреплёнными финансовыми узами — казалось в разы крепче всего, что называли любовью наши сверстники. Ну, те, что через три-четыре года подавали на развод, вместе с отношениями разрушая и своё благосостояние. Как материальное, так и психологическое.
На сына я зла вообще не держу. Мелкий же совсем, только-только шесть лет — что он понимал-то? Тем более, что полностью моя вина, что оставил крысиный яд в подсобке, забыв ту закрыть. Вместе с тем же забыв, что пацан-то у меня любопытный растёт, да ещё и крепко на ногах стоит.
В общем, усталые с работы, мы с женой пропустили момент, как тот взял да подсыпал крысиный яд в мешочек с манной кашей, что хранился там. И перемешал хорошенько. Хорошо хоть не жадный оказался, сам на «волшебный порошок» не претендовал.
Думал над версией я долго — это и надумал. Звучил логично, а что было на самом деле… Зачем мне, в принципе, знать-то?
Я же уже тут.
Если честно, даже не особо волнует кто меня сюда кинул. И кинул ли вообще или оно «само так вышло». Всё равно сейчас ничего с этим не сделать.
Интересно-то интересно, да скорее в прикладном порядке: выяснять что и как я всегда любил. Любопытный варвара оказался, ага.
Подул свежий ветерок, отвлекая меня от своих мыслей.
Глубоко вдохнув, пытаясь растянуть эти несколько секунд подольше, насладиться ими поглубже. Летом в Центральных землях очень жарко.
Свежесть ушла, вновь возвращая на кожу надоевшее касание зноя. Выдохнув, всё же повернулся в сторону, подняв корпус. Спина нашла опору в виде коры, и я подняв застывший после дрёмы взгляд вверх.
Я сидел под деревцем, наблюдая под пустующим поселением. Час пик, поэтому никого снаружи нет — все сидят по домам. И лишь глупый я — занимаю себя чем могу.
Деревце молодое, ещё растущее, но уже пышное. Листья под стволом защищают от солнца почти полностью, позволяя редким лучам контрастно играть на пыльной коже.
С холма открывался неплохой вид на деревню, укрывшуюся в небольшой долине. Просторные поля с редкими островками деревьев окружали её, будто защищая от внешнего мира. Вдали, за рекой, вился лес, исследованный с местной ребятной на ближайшие километры от и до. Если он и хранил какие-то древние тайны, то они уже точно не для меня.
Широкая пыльная дорога вела вниз, извиваясь между холмами, пока не исчезала среди первых деревянных домиков.
Деревня выглядела мирно. Всего около двух десятков домов, крытых соломой да из дерева, теснились вокруг главной площади, на которой всегда кипела по-настоящему неспешная жизнь. У кого-то во дворе громко блеяли козы, у другого вышли из дому дети, чтобы принести что-то из сарая. Скучно.
Бесит. Действительно бесит такой… застой. Не по мне это и всё тут.