— Если что заболит — сразу ко мне… пионер.
Я не стал ничего отвечать и вышел, закрыв за собой дверь. «Медсестра здесь, конечно, ещё та штучка. Интересно, у неё ко всем такое отношение, или только к тощим пионерам?».
Следующим пунктом в обходном листе значился спортзал. Толкнув тяжёлую дверь, я вошёл внутрь. У шведской стенки поодаль Алиса делала растяжку, медленно наклоняясь вперёд. На ней был надет жёлтый обтягивающий топ и белые леггинсы, подчёркивающие все изгибы её фигуры. «Очень провокационно! Так, Семён, соберись. Ты сюда не на это смотреть пришёл…» — одёрнул я себя, чувствуя, что ещё немного, и я начну пускать слюни от открывающихся видов.
Ко мне подошел крепко сбитый молодой мужчина в спортивном костюме. Он, казалось, был высечен из гранита. Его мускулы перекатывались под одеждой от любого движения, а бицепсы размером с мою голову угрожающе надувались, когда он сжимал кулаки. Взгляд у него был такой, что я невольно съёжился, чувствуя себя букашкой перед этим титаном.
— О, новенький! Давай-давай, заходи. Я Борис Михайлович, физрук, — пророкотал он голосом, от которого завибрировали стёкла в окнах. Он окинул меня пристальным взглядом, словно прикидывал, сколько мышечной массы удастся нарастить на это щуплом тельце путем интенсивных тренировок.
Алиса тем временем перешла к другому упражнению, закинув ногу на перекладину так высоко, что, казалось, она собирается сесть на шпагат прямо в воздухе. У меня перехватило дыхание. Я судорожно сглотнул, пытаясь не смотреть, но взгляд сам собой возвращался к её стройным ногам и напряженным ягодицам в обтягивающих леггинсах.
— Так-так… Спортом занимался? — спросил Борис Михайлович, выводя меня из оцепенения.
— Ну… в детстве в футбол играл… — промямлил я, безуспешно пытаясь отвести взгляд от Алисы. «А последние лет десять только в компьютере», — подумал я про себя, мысленно усмехаясь своей жалкой спортивной форме.
— У нас тут серьёзная секция. Футбол, волейбол, баскетбол. Для продвинутых — гимнастика, силовые упражнения, — Борис Михайлович будто читал лекцию о пользе спорта в вакууме, где не было такого отвлекающего фактора как Алиса. — Некоторые ребята даже на разряды сдают. Тебе, пожалуй, не подойдёт. Вон, ты какой весь хлипкий, руки как макаронины… — он смерил меня взглядом, полным сомнения.
«Да уж, спагетти „аль денте“ и то, наверное, крепче будут», — подумалось мне.
— И растяжка! Очень важная вещь, правда, Сёмка? — подала голос Алиса, и я вздрогнул от неожиданности. Она, наслаждаясь моей реакцией, специально прогнулась в спине сильнее, так что топ опасно натянулся.
«Так, Семён, спокойно. Просто думай о… о подтягиваниях. Или о чём угодно, только не о том, как плавно изгибается её спина при наклоне. Нет, только не об этом!» — мысленно заклинал я себя.
Я покосился на Алису. Она наблюдала за мной с явным интересом и озорной ухмылкой.
— Эй! Я может и не атлет, но… — возмутился я, пытаясь сохранить остатки гордости.
— Ха! Задело? Ну давай проверим, на что ты годен! — засмеялся Борис Михайлович, потирая руки.
«И зачем я открыл рот… Сейчас опозорюсь только…»
— Для начала простенько — подтянись пять раз, — сказал физрук, указывая на перекладину.
— О, это будет интересно! — Алиса игриво подмигнула мне, явно предвкушая увлекательное зрелище. — Может, тебе лучше пойти в кружок вышивания? — добавила она.
«Подтянуться пять раз? Да я в последний раз на турнике висел, когда мне было лет десять, и то, кажется, свалился почти сразу. Ну, по крайней мере, у меня будет повод посмеяться над собой…» — обречённо подумал я.
Я подошёл к перекладине. Подпрыгнул, ухватился… «Так, главное — правильная техника. Которую я видел на ютубе…» — пронеслось у меня в голове, пока я судорожно пытался вспомнить хоть что-то из того видео… и повис, как сосиска на верёвочке.
— Пфф… Семён, ты там жив? — услышал я голос Алисы, которая уже неприкрыто хихикала.
Напрягая все силы, я попытался подтянуться. Мышцы предательски тряслись, лицо покраснело, в глазах замелькали разноцветные круги… «Только бы не упасть в обморок прямо здесь. Это был бы полный провал», — думал я.
С третьей попытки мне удалось поднять подбородок чуть выше перекладины, но это, кажется, был мой предел. А потом я красиво шлёпнулся на маты, вызвав новый приступ смеха у Алисы и раскатистый хохот Бориса Михайловича.
— Ха-ха! Один есть! Продолжаем? — хохотал Борис Михайлович, утирая выступившие от смеха слёзы.
— Браво! Это было… впечатляюще, — съязвила Алиса, не прекращая при этом свою растяжку. — Семён, да ты, оказывается, настоящий атлет!
— Может… кхе-кхе… что-нибудь попроще? — отдышавшись, жалобно спросил я, потирая ушибленный зад.
— Ладно, тогда отжимания. Десять раз, — сжалился надо мной Борис Михайлович.
Я принял упор лёжа, стараясь вспомнить все советы по технике из интернета. Алиса тем временем отошла от шведской стенки, повернулась ко мне спиной, встала на четвереньки и стала делать махи ногами. Расстояние, оделявшее нас немного спасало положение, но я все так же не мог сосредоточится. «Ох, боги, какое испытание…» — взмолился я про себя.