Фрол Козлов. На взлете полностью

Об отказе в подписке на заем указанным специалистам было объявлено директором завода в присутствии русского и немецкого руководства завода. После объявления об отказе в подписке Шайбе и другим доктор Лертес в беседе с главным конструктором ОКБ-2 Престелем в присутствии заместителя главного конструктора тов. Квасова, объясняя отсутствие коллективности среди немцев, сказал: «В Америке, где живет много немцев, дом немца, в отличие от дома американца, всегда огорожен глухим забором (как пример индивидуализма). В Германии есть поговорка: «Легче блох удержать в открытой корзине, чем добиться единства действий у немецкого народа».

На следующий день после отказа в подписке Поль подал заявление тов. Олехновичу, в котором сообщил, что он отказывается быть посредником, т. е. отказывается от обязанностей, которых на него никто не возлагал.

Парторг ЦК ВКП(б)

на опытном заводе № 2 Н. Савенков¹²».

Из представленной информации следует, что некоторые руководители отделов категорически отказывались от подписки на заем, а за ними – и их подчиненные. Кроме этого, среди немецкого «спецконтингента» неожиданно распространили слух о скором возвращении их обратно в Германию. Будто бы специалистов отправят из Куйбышева в ночь с 15 на 16 сентября 1948 г. Немцы упаковывали чемоданы, свертывали вещи для погрузки, всю ночь не спали. Наутро же все были разочарованы, что не поедут на родину, надо как обычно выходить на работу. Были среди немецких специалистов и такие, кто отказывался брать социалистические обязательства, участвовать в соревновании. Делали они это, как отмечали руководители завода, вполне преднамеренно, чтобы подорвать производительность труда, ставить палки в выполнение тематического производственного плана.¹³

Надо, на мой взгляд, учитывать при этом и такой факт, как соотношение русских и немецких инженерно-технических кадров в конструкторских бюро. Оно характеризовалось следующими цифрами: если за 100 % принять наличие куйбышевских специалистов, то немецких имелось: в ОКБ-1 – 463 %, ОКБ-3 – 153 %, технологическом отделе – 130 %. И, главное, тематический производственный план составляли на основе предложений немецких специалистов.

Логично и вполне закономерно, что в Куйбышевский обком партии, лично к Ф.Р. Козлову регулярно поступала информация о настроениях «спецконтингента».

Я судьбе благодарен. Собирая архивные материалы, открывающие непознанные факты и события в жизни Ф.Р. Козлова на ответственных участках партийно-государственного руководства, оборонных предприятиях, я познакомился с людьми, которые хранят память о нем, хотя многие лично и не были с ним знакомы. Слушая их волнующие воспоминания, у меня возрастала уверенность, что я на верном пути, ведь новые факты вырисовывали биографию нашего знаменитого земляка подробнее, глубже и ярче.

Без сомнения, этому способствовали и архивные документы, с которыми я познакомился. Сожалею, что не все они рассекречены, находясь за семью печатями от дотошных историков. Потому в биографии Ф.Р. Козлова еще остаются «темные» и «белые» пятна.

Но я счастлив. Я дышал воздухом городов, где он работал, где он ходил и ездил по улицам. Я имею в виду города Ижевск и Самару. Ездил я туда, чтобы воочию убедиться, какой напряженной и сверхответственной была работа в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны, когда фронт и тыл ковали Великую Победу над гитлеровским фашизмом. Ф.Р. Козлов, а ему в ту пору стукнуло всего-то тридцать лет с «хвостиком», нес на своих плечах партийно-государственную ответственность, которую без ложного пафоса можно называть ответственностью за судьбу Родины. Она в годы войны зависела от каждого честного человека, от суровой дисциплины. Крутые меры руководства, естественно, напрямую зависят от личных качеств и убеждений человека, от его совести, духовного склада, отношения к народным чаяниям и надеждам.