В предыдущей главе, где приведены характеристики некоторых немецких специалистов, указано, что их беспокоил не только вопрос о сроках пребывания в СССР, но и о зарплате. Весомый факт. Никому не хочется, чтобы финансы «пели романсы», не подкрепляли материальное положение трудящегося человека, имеющего, тем более, семью, детей.
От профессионального вклада, от способностей, зарплата, конечно, зависит, но зависит она и от скупых экономистов, которые планируют финансовые фонды, распределяют их по отраслям.
Не всегда эти фонды «укладывались» в заводские технологии справедливо. К тому же низовое начальство, начиная от бригадира и кончая администрацией предприятия, находило «зацепки» – дисциплина, качество и т. п. и т. д., чтобы урезать заработок.
Передо мной характерный документ: «Письмо руководства опытного завода № 2 секретарю Куйбышевского обкома ВКП(б) Ф.Р. Козлову о пересмотре лимитов по численности и фондам заработной платы». Отправлено оно (И апреля 1949 г.) под грифом «Совершенно секретно». В нем указывается, что план опытных и научно-исследовательских работ, лимиты по численности работающих и фондам заработной платы, не увязаны с объемом труда «по тематической разработке». Приводится расчет: потребность рабочих – 1560 человек, а утвержденный лимит – 1334. Лимит по инженерно-техническим специалистам 700 человек, а их – 735. Значит, надо сократить более тридцати человек.
Заместитель директора завода В. Бережной, заместитель секретаря парткома И. Русских сообщают: «сокращать немецких ИТР мы не можем, уменьшить численность ИТР можно только за счет сокращения наших ИТР, что совершенно невозможно, ибо насыщенность советскими ИТР, особенно в ОКБ, лабораториях и без того недостаточная.
В ОКБ руководящие работники, немецкие специалисты, имеют секретарей-машинисток, с которыми они приехали из Германии, их тоже сокращать мы не можем.
Просим оказать содействие в пересмотре лимитов по численности и фондам заработной платы. Сокращение «излишнего персонала против утвержденных лимитов еще больше усугубит положение завода».43
По укреплению нашими кадрами ОКБ-1 и ОКБ-3 пришлось специальное постановление вынести на бюро Обкома ВКП(б). Это значит, что Ф.Р. Козлов занимался этим делом.
Еще один документ, затрагивающий животрепещущую проблему. (Далее в сокращении).
«Государственный Союзный Опытный завод № 2 Секретарю Куйбышевского обкома ВКП(б)
Тов. Козлову Ф.Р.
…Значительная часть детей и членов семей низкооплачиваемых категорий работников завода, в основном погибших воинов и инвалидов Отечественной войны, в настоящее время не имеет работы.
Кроме того, дети немецких специалистов в количестве 58 человек, достигшие возраста от 17 до 22 лет, хотят работать, но нет возможности их принять на работу, т. к. лимиты по численности и фондам заработной платы недостаточные».
Письмо поступило в обком партии 13 апреля 1949 г. Ф.Р. Козлов наложил категоричную резолюцию:
Отметка о выполнении стоит: «Письмо передано т. Козлову. Беникович 14 апреля 1949 г.»
Подобная оперативность подтверждает, что Козлов Ф.Р. был решительным и энергичным человеком. Его энергия, собранность, оперативность при решении возникающих проблем и преодолении трудностей, его государственное мышление совпало с годами окрыленности советской эпохи, в которой он жил и работал на благо народа.
В ноябре 1949 года на VI Пленуме обкома партии он был освобожден от должности в связи с переходом на другую работу: в г. Ленинград. Перемещение сделано, мне думается, не без ведома И.В. Сталина. Он умел оценивать, подбирать, расставлять и воспитывать руководителей партийного авангарда, отвечая на историческую необходимость вызова времени: «Кадры решают все!»
Дом в г. Куйбышеве, ныне Самаре, в котором жил Фрол Романович Козлов
Так выглядит вход в здание бункера Сталина в г. Куйбышеве, ныне Самара
Подъезд дома, в котором жил Ф.Р. Козлов
Ил-2, изготовленный на Куйбышевском авиационном заводе, готов к отправке на фронт
Мемориальная доска в честь директора завода № 1 В.Я. Литвинова
Памятная табличка Жезлову М.С. – первому директору завода в г. Куйбышеве (был директором с 1941 до 1950 года)
На центральной площади г. Куйбышева, 1949 г.
Здание дворца Культуры металлургов, г. Куйбышев
Санаторий для куйбышевских авиастроителей
Иду по улице. Снежно. Небо чистое: по его голубизне пушится «лыжня», скользящая за реактивным самолетом. Он пронзает небесное пространство, как серебряная игла. Острую «заточку» она приобрела на земле, в цехах авиационных заводов. Смотрю ввысь, провожаю «иглу» глазами; вот и растворился серебряный блеск, исчез в бездонной голубизне. Гул реактивного лайнера унесся за небесный горизонт.