буду допрашивать вас.-- И он поиграл повязкой.-- Я гестапо, могу вас
арестовать, могу повесить. Вы тут остались работать?
-- Конечно работать,-- рассмеялся Кудря,-- а не смотреть на тебя.
Они молча посмотрели друг другу в глаза. Максиму показалось, что
гестаповец чуть иронически улыбается. "Негодяй,-- подумал он.-- Смейся,
смейся, но мне ты ничего не сделаешь, побоишься". А вслух он спокойно и
рассудительно сказал:
-- Не пугайте меня гестапо, Тарас Семенович. Это не в ваших интересах.
Я тоже кое-что знаю о вас.
Усатый насторожился:
-- Что именно?
-- Ну, вы достаточно рассказали нам в свое время.
Главное для разведчика -- самообладание. Это единственное оружие,
которое у него всегда в руках. Кудря дал гестаповцу понять, что даже здесь,
на территории, занятой врагом, он сильнее.
-- Вас повесят,-- сказал он как можно спокойнее,-- лишь только СД
получит сведения, которыми я располагаю.
В глазах усатого промелькнула растерянность.
-- Вы не сделаете этого,-- тихо сказал он.-- Я служу у немцев не
потому, что предан им, а ради украинского народа.
-- Вы верите в победу немецкого оружия? -- с усмешкой спросил Кудря.
-- Не очень, но верю,-- откровенно сказал Усатый.
-- Не хитрите, Тарас Семенович, Я вас хорошо знаю. Вы должны понимать,
что армия, которая не щадит даже детей, которая грабит и угоняет народ в
рабство, плохо кончит. Вы знаете о Бабьем Яре?
Усатый кивнул. Уже весь Киев говорил о том, как шевелилась земля над
рвами, в которых штабелями лежало 55 тысяч расстрелянных.
-- Я там был,-- сказал Усатый.-- Такое же творилось и в Виннице.
Он прикрыл глаза руками, словно стараясь отделаться от чего-то очень
тяжелого.
-- Восемнадцатый год, как вы знаете, и то не принес лавров немецким
оккупантам на Украине,-- продолжал Кудря.-- А сейчас положение не то.
Украинская земля будет гореть под ногами оккупантов еще жарче, чем в
гражданскую войну. Взрыв военной комендатуры -- это только цветочки.
Усатый задумался, потом осторожно сказал:
-- Ладно, не бойтесь, я вас не выдам.
-- А я этого и не боюсь,-- усмехнулся Кудря.-- Больше того, я рад
встрече с вами и рассчитываю, что вы поможете нам.
-- Вряд ли,-- покачал головой Усатый.
-- А вы подумайте,-- сказал. Максим.
-- Хорошо, подумаю.
-- Тогда давайте встретимся завтра.
И они договорились о встрече.
Рисковать бездумно -- глупо, но рисковать для дела необходимо. Без
риска, умного, оправданного, разведчик успеха добиться не может. Да,
гестаповец мог выдать Кудрю в любую минуту, но он шел на вторую встречу с
ним потому, что Усатый наверняка знал такое, что интересовало нашу разведку.
И кроме того, Максим в случае успеха имел бы своего человека в одном из
важных немецких разведывательных органов.
И все же, направляясь к Тарасу, он сказал Марии Ильиничне:
-- Ты понаблюдай, не следит ли кто за нами. Если увидишь что-нибудь
подозрительное, вынь носовой платок.
Тарас ждал на бульваре, в том месте, где договорились. Поздоровались,
посидели немного на скамейке. Мимо прошла Мария Ильинична, в руках --
ничего.
-- Ну что ж, погуляем? -- предложил Кудря. Они встали и пошли к центру
города.
Прошло несколько дней, прежде чем Усатый наконец решился помогать
Максиму.
-- Мы сейчас зайдем в подъезд,--как-то сказал он,-- я передам некоторые
заметки об агентуре, которую готовят по заданию шефа для заброски в ваш тыл.
Это главным образом предатели, оставшиеся на оккупированной территории.
Учтите, что сейчас немецкую разведку очень интересуют потенциальные
возможности Советской Армии. Поэтому основная агентура получает задания
проникать поглубже -- на Урал, в Сибирь. Много шпионов засылается в Москву,
Подмосковье, Поволжье. Для этого в специальных школах готовят шпионов из
числа бывших военнопленных. Самая крупная школа -- в Варшаве, она проходит
под шифром "Штаб Валли". В ней готовятся группы по три-пять человек. Их
засылают на территорию Советского Союза почти еженедельно.
Может быть, я ошибаюсь, но по моим наблюдениям, какая-то часть людей
идет в эти школы с одной целью-- вернуться на родину. Учтите и это.
Они вошли в подъезд.
-- Мне сюда,-- сказал Тарас.-- Тут живет моя знакомая. Третий этаж,
квартира семь, Ганна Григорьевна. При утере связи обратитесь к ней. Она
наша, полтавчанка.
Потом он вынул из кармана пачку сигарет. -- Курите -- предложил он,
передал ее Кудре и тихо добавил: -- По этим фамилиям их надо разыскивать.
Когда Максим пришел домой и внимательно осмотрел пачку, то оказалось, что по
краям коробки с внутренней стороны были сделаны какие-то надписи. Он достал
лупу и прочитал имена руководителей двух крупных разведывательных групп,
переброшенных на территорию Советского Союза. Против одной фамилии было
написано: Мск, против другой -- Члб. Кудря понял -- речь шла о Москве и
Челябинске.
Максим тут же закодировал текст для передачи в радиоцентр. Потом
записал на папиросной бумаге только ему понятными знаками эти фамилии и
спрятал в тайник.
