— Очень мощные, щиты на раз снесут, — оценил Викинг опалины и выбоины на полу. — Дымовую?
— Да, не посылать же туда дрона-подрывника: ещё побьёт экраны. Анна, отдай Магнетар.
— Ну уж нет! Я доделаю!
— Тебе точно хочется напрягать мозг ускорением, когда твоя работа только начинается?
Анна несколько секунд гладила пушку.
— Мужчины придумали логику, чтобы отбирать у девушек их любимые вещи. Даш, а может тогда ты? К хакерству не подключишься и тебя мне меньше жалко.
— Всегда уважала твою честность, — она охотно взяла Магнетар. Я не стал возражать, хотя благодаря дополнительным рукам имел преимущество при штурме.
— Ну тогда и я прикрою, — Руслан пододвинулся ближе. — Шард, одолжишь дробовик? Убойная штука при стрельбе очередью. Рельса собьёт щит, а эта штука доломает.
На летящие обломки турели не реагировали, а значит настроены не бить в ответ на любое непонятное движение, а сначала опознавать вторженца. На полностью автономную оборону они вовсе не рассчитаны.
Закинутый дрон-разведчик позволил рассмотреть две здоровенные турели, высунувшиеся из высокого потолка. Там аварийное освещение работало, а системы наведения турелей активно использовали инфракрасную подсветку.
Дымовая граната отсекла видимость и ослепила сенсоры. А после туда влетели два штурмовика и уничтожили турели. Разве что зарядов потратили прилично, поскольку у турелей не было проблем с питанием от полудохлых аккумуляторов.
Анна зашла внутрь, потирая руки, тон стал предвкушающим.
— Пора узнать секреты нации. Интересно, остались ли на орбите Терры настолько крупные целые системы? Судя по тому, что мы видели, комплекс разнесло на множество обломков. А тут почти целая станция!
— И эту станцию мы будем обыскивать несколько месяцев, если не взломаем, — напомнила Дарья. — Но, по крайней мере, у них есть дроиды с ракетными установками. Хуже наших, медленнее и без нормальной термозащиты. Но можно затопить коридоры корабля пламенем — выбивать шлюзы.
Я убрал оружие на крепления и тоже пролез через сделанную дыру.
Центр управления представлял собой полукруглый зал с голопроектором посередине и большим экраном в дальнем конце. Вдоль стен протянулись посты управления. Ещё некоторые стояли поперёк комнаты, обращённые к экрану. Командный состав был здесь, наверняка вместе со старыми кодами доступа.
— Выключение охранной системы и склады оружия в приоритете. Кто не занят, помогите убрать обломки. Интересно, а СЖО ещё живая или всё сгнило?
— Скорее всего, — вздохнула Анна. — Герметизирующие прокладки наверняка уже осыпаются. Повезло, что системы охлаждения реакторов ещё не совсем мёртвые.
— Это как? — тихо спросила Сильвер, плавая между постами управления и нажимая кнопки, пробуждая экраны.
— Это трещат, вибрируют, но ещё не заклинили. Эх… система заблокировалась видимо после долгого времени неактивности командира. Я немного разобралась, начнём.
Осмотр одежды людей позволил легко найти самого главного и приступить к практике взлома чужих систем.
Мы успели обыскать ближайшие отсеки, вернуться к кораблям, перезарядиться, схватить оснащение для полевой базы и принести его хакерам. Прилетел Молотоглав, они ничего интересного не нашли и присоединились к задаче обыска. Само собой, надо проследить, чтобы важные данные к ним не попали. Сам Якоб, Арион и Владислав стали осматривать ангары и найденные оружейные в уже зачищенных секторах.
Найденная флешка-ключ определённо помогала. И несмотря на недостаток опыта, шло на удивление быстро. Я пытался разобраться в коммуникаторе местного главного. Местных символов отличия не знал, но выглядел как адмирал — белая форма с золотистыми элементами. Да и сидел лицом к главному экрану, словно смотря за крахом своей станции.
Нашёл провод для зарядки, подключил к консоли и пытался через него как-то получить доступ к хранящимся данным. Мира радостно воскликнула на общем канале.
— Доступ к системам открыт! Боевая тревога снята, теперь неопознанных людей не будет атаковать! Все работающие двери открываем!
Я висел у консоли в позе лотоса, удерживая своё положение нижней правой рукой. Так что от резкого движения в дрейф не ушёл. Красная надпись с экрана пропала, на самом большом теперь отражался план станции, испещрённый алыми секторами. На местной интерлингве, выглядевшей для нас как несколько неграмотный суржик, было написано «режим эвакуации». Видимо, вместо «боевой тревоги».
— Анна, что по реакторам? — уточнил я.
— А… действует два миниатюрных аварийных ядерных. Топливные ячейки почти исчерпаны, система в режиме экстремальной экономии энергии.
— Даже так… хорошо ещё, что продержались. Заменить можем?
— Нет… в смысле, почти исчерпаны все запасы. Думаю, там есть манипулятор, который их меняет. В любом случае, на гравитацию в паре отсеков и свет хватит, а приближаться к ним я бы не советовала.
— Очень… легко взломали, — недоумённо сказал Ян. — Будь это у нас, мы бы пару дней все системы постепенно вскрывали. А тут всего… пять часов. Как их Анбиддены не нагнули, просто перехватив контроль над системами? Изоляция?
