Фронтовичка (СИ) полностью

Подходит к приоткрытому окну, выглядывает в темноту, полушепотом словно зовет кого-то: «Эй!..» Но за окном тихо и безлюдно. Вдруг слышатся голоса в коридоре: это Марк Анатольевич, Алеша и Галина. Матвей накидывает на Марию Петровну ее пальто, сам надевает шинель, садится на койку. Снимает шинель. Причесывается.

Марк Анатольевич. Почему ты решил, что она провожать пойдет? Она же с поезда, спит, наверно!

Галина. Марк! Голова кружится…

Алеша. Пойдет провожать, пойдет! Разбудим!

Марк Анатольевич. Я вообще удивляюсь, что ты годен к армии… Ты лучше вспомни, какой степени грамоту она упоминала!..

Алеша. Опять вы про свою грамоту, Марк Анатольевич! Кажется, первой степени упоминала…

Марк Анатольевич. Царица Небесная! Первой степени! Что она со мной делает!

Галина. Марк!

Марк Анатольевич. Что она с моим Домом культуры делает! Первой степени! Праздновать! Немедленно праздновать! Алексея проводим — и к нам! До утра загудим!

Останавливаются перед дверью Марии, возле которой спит Игорёк.

Галина. Ты где улегся-то? Пьянь.

Марк Анатольевич. С дороги уйди.

Игорёк (просыпается). А у ней милиция.

Алеша. Чё, до сих пор, что ли?

Игорёк. Я пробовал взломать, но это крепкая табуретка…

Галина. Чё он несет, Марк?

Марк Анатольевич. Сейчас я во всем разберусь!

Матвей открывает дверь. Все входят в комнату.

Алеша. Что с ней? Что это?

Галина. Машка!.. Мне нельзя на это смотреть, Марк, я беременная… (Выходит за дверь, остается у входа, прислоняется спиной к косяку.)

Игорёк бьет Матвея в висок. Матвей не отвечает на удар.

Алеша. Это же Мария Петровна! Как вы не понимаете! Это Мария Петровна! (Укрывает Марию одеялом, обнимает.)

Игорёк. Пацан, не трогай ничего, не трогай, тебе сказано… Он чё, глухой?

Галина. Хотела я его сразу повесить, когда он тут нарисовался…

Алеша. Мария Петровна, милая, хорошая, посмотри на меня, проснись! Проснись! Это же Мария Петровна…

Марк Анатольевич. Надо звать милицию.

Игорёк. Я мужиков разбужу, мы сходим… Этого попридержите…

Матвей. Я бежать не собираюсь.

Алеша обнимает Марию, плачет.

Марк Анатольевич. Алексей. Тебе нужно идти в военкомат.

Алеша. Я никуда не пойду.

В Доме культуры имени Розы Люксембург — ремонт. Вахтерша Нина Васильевна перемешивает известь в ведре деревянной палкой, Галина моет пол, три старенькие учительницы прыгают с одной газеты на другую, штукатурят, затирают деревянными мастерками. Зойка закрывает газетами окна. Все в запачканных известью косынках, только Галина с непокрытой головой — ее стриженые поредевшие волосенки скручены на затылке в куцый хвостик. Марк Анатольевич отпустил бороду, в ней засохшая краска. Марк Анатольевич прибивает новый плинтус к прогнившему полу.

По всему Дому культуры летает тополиный пух.

Марк Анатольевич. Форточки закройте — пух лезет!

Галина. Лучше сразу тополя вырубить.

Нина Васильевна. Как закройте! Мы угорим тут!

С улицы входит высокий мужчина в плаще и шляпе. Перед ним взлетает облако тополиного пуха. В руках у мужчины аккордеон.

Галина. Вообще-то головные уборы снимают в помещении! В Дом культуры пришли! Идите, на дверях прочитайте.

Марк Анатольевич. Да, я сегодня прибил такую табличку…

Мужчина (бормочет, не снимая шляпы). Столь мало значу в вашей жизни, какая разница, в шляпе или без…

Галина. Что?

Марк Анатольевич. Правила есть правила.

Мужчина. Марк Анатольевич, вы меня не узнаете? Я Алексей Груздев. Работал у вас аккомпаниатором.