Толпа одобрительно загудела. Пусть и не все, но многие придерживались мнения, что тяжёлый труд для детей на таком холоде невыносимое бремя. Даже в столь тяжёлые времена найдутся те, кто не видит ничего плохого в том, чтобы дети работали на равных со взрослыми. И пусть они не согласны с решением о детском приюте, но всё-таки одобрят помощь детей в теплицах и лазарете.
— Дети будут в безопасности, если их оставлять на день в детских убежищах — заодно и не набедокурят! Однако, образование — ключ к нашему будущему. Давайте будем учить детей медицине, чтобы они помогали с лечением.
Это был редкий хороший вечер. Впервые за столько времени Биф увидел улыбки на лицах людей. Генератор издает успокаивающий шум и согревает всех. Но он должен завершить речь. Только твердость спасёт жителей города от голодной смерти.
— Мне жаль, но я вынужден огласить весь список решений. Они были бы неприемлемы в прошлой жизни, но сейчас, я считаю, мы нуждаемся в них.
На общем собрании вновь наступила тишина, нарушаемая лишь щемящими, тягостными причитаниями ветра да вьюги. Они верят губернатору и согласятся с его выбором.
— Мы можем добавлять в еду опилки для сытности — правда, сама еда не станет от этого вкуснее… или здоровее. Охотникам сейчас приходится непросто, ночные рейды в бурю не приносят достаточно добычи уже несколько дней.
— Но ведь с этим нужно что-то делать! — крикнул кто-то из толпы.
— И мы делаем, Лари! — ответил Биф. — Экспедиция на север вот-вот приведёт беженцев из аванпоста Дойчланд. Более двадцати человек усилят наши Охотничьи отряды, а опытные немецкие инженеры помогут нам в сооружении теплиц и модернизации Тепловой башни.
Обвёл взглядом море глаз, взирающих на него с тревогой и надеждой.
— Погода вновь ухудшается, друзья. Пока мы не найдём Паровые ядра, наши жизни висят на волоске и зависят от рукотворного солнца за моей спиной. Но я верю в вас! И уверен, что мы сумеем повысить производительность башни и поднять показатель температуры в зданиях на новый уровень.
Внезапно Биф улыбнулся.
— Некоторые из вас ждали моего решения касаемо дуэлей. Мое решение не изменилось — дуэлянты вне закона! Нет! Нет и точка! Нас осталось слишком мало, чтобы убивать друг друга по любым пустякам. Но всем вам было интересно чем же занималась бригада Бора в свободное от работы время… — Биф посмотрел на крепкого детину с сигарой в зубах. Пожалуй этот здоровяк единственный в Нью-Бэлфасте, кто не одевал на себя по три телогрейки даже в самый холодный период. — Мистер Ковинский, вам слово!
— Мы тут вообщем посовещались с капитаном… и я подумал — нахрена нам эти дуэли, когда есть старые добрые кулаки?
Бор махнул двоим парням, и те поспешили скинуть брезент с нового круглого строения.
— Добро пожаловать в бойцовский клуб, леди и джентельмены! Лучший способ снять напряжение — это посмотреть хорошую драку!
Накидки бойцов взмокли от пота, покрылись темными пятнами. Огромные карие глаза мужчин были прищурены, чтобы не отвлекаться на постороннее, ноги вновь отбивали мощный размеренный ритм. Соперники хлестали руками в стороны, вскидывали лобастые головы, поражённые крепкими кулаками. Вокруг кричали зрители. От жара тел бойцов и жара огня, ярко пылавшего вопреки снежным хлопьям и ветру, проникавшим внутрь сквозь дымовое отверстие в крыше, в стенах зала было тепло и уютно.
Что творится снаружи, понимали все. Управлять этим ветром и снегом, как обычным ненастьем, нечего было и думать. Нет — это война. Война человека и природы. Однако плясать, пировать и веселиться, назло буйству вьюги британцы вполне могли. Рыжие отсветы огня зловеще мерцали на разгоряченных лицах. Они Лондонцы. Они устоят.
Даже Бэйлиш пришёл взглянуть на бои. Ведь даже у слуг и аристократов порой кипит кровь к первобытному азарту.
Биф отхлебнул из кружки. Пойло было «хорошим», ему даже удалось слегка поморщиться.
— Новости?
— Экспедиция из Дойчланда вернулась, сэр. Они уже спускаются в город.
— Много-ли с ними людей? — громче, чем собирался, спросил Биф, чтобы Бэйли сумел расслышать его за шумом восторга от драки.
— Двадцать три человека, сэр. Не считая группы Фрида!
— Ещё работники на лесопилку… Что с группой Обрайта? Их пока не видать?
— Нет, сэр! — сказал Бэйли прихлебывая горячий напиток. — Нам остаётся надеятся лишь на господа…
Наутро свинцовое небо низко нависло над землей, а ртуть термометра показывала необычные для этого времени года двадцать градусов ниже нуля. Но это тепло не радовало. Ветра не было, угрюмые, неподвижно висящие облака предвещали снегопад, а равнодушная земля, скованная зимним сном, застыла в спокойном ожидании.
В восемь утра сирена страшно загудела. Мгновение вчерашнего спокойствия и азарта развеялось словно тонкая струйка дыма. Обреченные люди несмотря на усталость и голод отправились на работу, ведь только кропотливый ежедневный труд даст шанс создать место, в котором можно не просто выживать, но и жить полноценной жизнью.