Как узнать своего суженного? Можно ли заставить себя полюбить? А можно ли полюбить того кто однажды уже убил тебя? Агнии Раммельсберг предсказано встретить свою истинную пару, но он не торопится на встречу к ней. Все попытки построить отношения с другими, разбиваются о строгий контроль со стороны любящих и заботливых родственников, вставших на защиту "семейных ценностей драконов".
Frozen1
You only see what your eyes want to see
How can life be what you want it to be
You're frozen
When your heart's not open
***
If I could melt your heart
We'd never be apart
Give yourself to me
You hold the key
***
Love is a bird, she needs to fly
Let all the hurt inside of you die
You're frozen
When your heart's not open
If I could melt your heart…
Снег, лед, облизанные ветром до состояния льда скалы – однообразный пейзаж на многие мили вокруг. Над всем этим дует ветер – сутками, с разной интенсивностью. Над всем этим царит холод – сутками, месяцами, годами, с разной интенсивностью.
Я давно уже не чувствую холода. Я стал его частью и это помогло мне забыть. Забыть кто я и почему здесь.
Свист ветра успокаивает и помогает уснуть.
Снова этот сон. Проснулась с желанием натянуть пуховое одеяло и проверить работу системы отопления дома.
Все оказалось еще хуже: кондиционер отключился, а в комнате стоит душная летняя Аделаидская ночь. На часах четыре часа ночи или утра.
Пошлёпала на кухню попить и подумать.
Эти сны меня уже не тревожили. Снились примерно раз в месяц, но каждый раз я просыпалась резко, с ощущением замораживающего холода.
Из-за того что меня еще потряхивало, я вскипятила чайник и заварила пакетик чая в бокале. Хорошо бы выкурить сигарету, но где они лежат, я не помню, начну рыться разбужу падю.
Зря старалась, слышу по коридору шлепанье босых ног – он все равно проснулся.
– Ты чего в такую рань, Огонёк? – спрашивает папа-Куп и садится напротив меня за барную стойку, – опять сон? – папа раскуривает сигарету и протягивает её мне.
Делаю затяжку, теплее не становится, но никотин влияет на сосуды, соответственно, на кровообращение, я как будто начинаю расслабляться – оттаивать. Делаю большой глоток чая.
– Что по-поводу снов говорят мама и Зиль?
– Мама поит чаем. Папа – Зиль говорит, что это связь с кем-то или с чем-то и пока эта связь не укажет на что-то, сны будут повторяться.
Куп кивнул головой, такой же лохматой и черноволосой как у меня. И ушёл. Вернулся через несколько минут с двумя гитарами. Одну положил на стол, вторую взял в руки и заиграл. Играл медленно, как будто подбирал ноты.
– Знаешь такую? – спрашивает хитро, глядя на меня.
– Что-то знакомое, но не помню.
– Frozen – Мадонна. Это же классика! Разучи, как раз для твоего голоса, – и он повторил мелодию от начала до конца.
Я уже допила чай и согрелась, поэтому взяла вторую гитару и я, повторяя за папой, проиграла мелодию один раз.
– Согрелась? Теперь спать!
Я, как послушная девочка, пошла в свою комнату.
– Падя, но сёрф не отменяется, – сказала я. – Разбуди меня в семь.
– В семь не получится. Уже шесть, – он кивнул на часы. – Даю тебе время до десяти, сонная ты мне там не нужна.
***
Наша семья необычная семья. У нас с Искрой два папы. Причем вполне биологических. Папа Зиль, муж нашей мамы и наш официальный папа. И папа Куп, его брат близнец и биологический папа одной из нас. Но как определить кого именно? Оба принимали участие в зачатии, оба принимали участие в родах.
Мама предполагает, что я биологическая дочь Зиля, а Искра дочь Купа. Но я черноволосая в Купа, а Искра блондинка – в Зиля. Куп перерезал пуповину Искре, а Зиль – мне. Но потом в больничной суматохе меня вручили Купу, а Искру – Зилю. Так и повелось: Искру везде с собой таскал Зиль, а меня – Куп. Купу нравилось выставлять на публику отцовские чувства. Впрочем, он действительно отличный отец. Они с Зилем замечательные отцы.
Правда, когда в четырнадцать лет я выросла до 178 сантиметров, папа-Куп резко перестал брать меня на тусовки и прочие светские мероприятия. Мама со смехом объяснила, что я стала выглядеть как его невеста.
Когда мне было четырнадцать лет, я сильно простыла зимой. У меня долго болело горло. Врачи даже ставили кисту с угрозой потери голоса и утратой возможности говорить. Тогда папа-Куп купил в Аделаиде (Австралия) дом и с тех пор зимой, как только в Германии выпадал снег, я жила в Австралии с Купом.
Мама с папой-Зилем появлялись раз в неделю. Приносили порцию своего внимания, ласки и вкусняшек, а также школьные задания. Папа-Куп на это время уходил к Искре и Зи, нашему старшему брату, в Германию.
О простудах я забыла, особенно после первой линьки, но привычка сбегать от германских холодов в теплую Аделаиду у нас с папой-Купом осталась.
Конечно же, я не сказала главного: мы счастливая семейка драконов. Поэтому переходим из одной точки мира в другую без технических устройств, достаточно знать, куда хотим попасть. Правда, не все в нашей семье обладают этим умением. Искра так и не смогла ходить «неведомыми путями»: так красиво называют это умение в нашем родовом свитке. Мама научилась тоже не сразу, но как только жизнь заставила перемещаться к нам в Аделаиду, справилась с первого раза. Зи пользуется этим умением легко, но почему-то любит перемещаться на человеческом транспорте.
