Как форма духовного очищения, покаяние очень полезно. Но в качестве наказания за нарушение закона, на мой взгляд, это слишком слабая мера.
Вероника не знала, как положено каяться, но взяла очень верный тон. Вся моя сегодняшняя злость на нее испарилась, уступив место смирению. Каждое предложение она начинала словами: «Как учит нас Библия…»
Она говорила минут пятнадцать. Речь ее изобиловала словами «гордыня» и «слепота». Я ожидала услышать от нее «стыд» и «позор», но так и не услышала.
Посмотрев на лица женщин, я увидела, что они купились на это. К тому времени, когда Вероника закончила и женщины попросили ее выйти, я была готова к худшему.
Предчувствие меня не обмануло. Разумеется, они все были религиозными людьми, особенно Долли. Как это часто случается с одинокими людьми, она готова была всех прощать, понимать и всем сопереживать.
– Я не могу видеть, как она страдает. Думаю, мы должны дать ей еще один шанс, – сказала она, вставая. – Конечно, не без контроля. Надо ее проверять. Я заерзала на стуле, приготовившись вмешаться, но Хэйди удержала меня за руку.
– Это сработает, я думаю, – добавила моя мать.
– Вы позволите ей избежать наказания? – возмутилась все же я.
– Мы не хотим ее наказывать. Мы хотим дать ей шанс сделать что-нибудь хорошее в жизни, – сказала мне мать.
– Она обокрала вас! – закричала я.
– Может быть, мы сами в этом виноваты. Мы никогда не обращались с ней как с равной, особенно ты, София.
Замечательно! Теперь я виновата в том, что была груба с Аль Капоне в юбке.
– Я никогда не думала, что до этого дойдет, – заикаясь, добавила Агнес. – Насколько плохо дело?
Тут я встала, чтобы вернуть их на землю.
– Она украла у вас около двух миллионов долларов наличными. Эти деньги пропали.
Лица женщин побледнели. Я продолжила, чтобы закрепить успех:
– Она должна сесть за это в тюрьму. Если мы не сделаем этого, это сделает кто-нибудь из ее других клиентов. Они, возможно, тоже пострадали. Она сказала, что крала только у нас, но можно ли ей верить?
Последовало долгое молчание.
– Что мы собираемся делать? – спросила Агнес наконец.
– О чем вы говорите? Она застрахована на миллион долларов, если вы помните, на случай потери работы. Она в любой момент может уволиться, снять эти деньги и улизнуть. Если мы не заявим на нее, мы станем соучастницами преступления!.. – завопила я.
Тут я сама должна покаяться. Эту страховку в свое время предложила я, чтобы как-то уладить нашу обоюдную враждебность. Добрые дела никогда не остаются безнаказанными.
– И что будет с Вероникой?
Я промолчала, все и так было ясно.
И вдруг я взглянула на Агнес и вспомнила, как она поступила с Инигоу Стаутом. Она добилась своего, не сделав ни одного выстрела.
Может быть, она была права?
Все молчали, и в конце концов я успокоилась. Это были их деньги, и их право казнить и миловать.
– У меня есть идея, – сказала я громко, нарушая тишину в комнате.
Моя идея заключалась в том, что следовало срочно что-то предпринять. Увы, мне надо было как-то объединить вместе две противоположные вещи. Я должна была сделать так, чтобы Вероника Харрис больше не запускала руки в деньги членов клуба, а с другой стороны, надо было выполнить желание женщин и предоставить Веронике еще один шанс.
Я напряженно думала об этом, когда мы втроем вышли из дома Марты. Я поглядывала искоса на Веронику, пытаясь решить про себя, искренне ли она раскаивается в том, что сделала.
Вероника не облегчала мне задачи. Смирение на ее лице уже сменилось злостью.
– Ну, гений ты наш, в чем заключается твоя идея? – спросила она меня с вызовом.
– Моя идея в том, что я подвезу вас к офису, и оттуда вы поедете куда-нибудь пообедать. А через два часа обе вернетесь в офис.
– Это твоя идея? – фыркнула Вероника.
Я кивнула.
– Чушь собачья.
Хэйди идея тоже не понравилась. Она была доброй девушкой, но очень любила всех членов клуба. Она явно боялась, что, оставшись наедине с Вероникой, надает ей по шее или расквасит нос.
Но мне было некогда спорить.
Я отвезла их к офису, где они пересели в машину Хэйди, а сама пошла на рабочее место.
В кабинете было прохладно. Я зашла в ванную и вытерла полотенцем лицо и волосы.
Мне стало не по себе, когда я села за стол. У меня не было никаких идей. Мне нужен был чей-то дельный совет, и я даже знала чей.
Я набрала номер, и после пятого гудка услышала голос Марси.
– Марси, это я. Где ты?
– На работе, детка, где же еще? – хмыкнула подруга.
– Прости.
– Ничего страшного. Что случилось?
– Мне надо тебе что-то сказать по секрету. Посоветоваться.
– Как с адвокатом? С друзьями не работаю, ты же знаешь мой принцип, – напомнила Марси.
– Пожалуйста, Марси!
– Ты кого-нибудь задавила?
– Хуже.
– Застрелила?
– Кое-кто украл у членов клуба два миллиона долларов, – призналась я.
– Господи Иисусе! – послышался какой-то шум. – Слушай, если ты серьезно, то нам лучше встретиться. Это не телефонный разговор.
– Знаю. Увидимся в ресторане «У Мартелли»?
– Через полчаса, – быстро сказала Марси, а потом прикрикнула: – Отстань, Билл! Мне надо ехать.
