Фурии командира полностью

– Да? – отозвалась девушка. На ней был плащ с капюшоном, скрывающим как ее явно бросающиеся в глаза волосы, так и раскосые глаза, выдающие ее маратское происхождение.

– Относительно тебя… и Тави.

Китаи кивнула, и в ее зеленых глазах заискрился смех.

– Да?

Исана вздохнула:

– Я хочу знать о твоих отношениях с ним.

– Почему? – спросила Китаи.

– Из-за вещей… которые я не могу тебе открыть… ваши отношения могут привести… могут стать фактором… – Она разочарованно покачала головой. – Что для тебя означают отношения с ним? Каким ты видишь ваше будущее?

– О, – заговорила Китаи так, словно все поняла. – Так речь о таких отношениях. Если тебя интересует, спариваемся ли мы, то тебе достаточно просто спросить.

Исана заморгала, в ужасе глядя на Китаи и чувствуя, что у нее горят щеки.

– Нет, нет, я имела в виду совсем другое…

– Конечно, не так часто, – с нескрываемым огорчением продолжала Китаи. – Мы перестали это делать после того, как покинули крепость. И на корабле было нельзя. И когда легион находился на марше. – Она пнула лежавший на дороге камушек и нахмурилась. – У алеранцев очень много глупых правил.

– Китаи, я хотела поговорить совсем не об этом…

– Сначала он был таким неловким, – призналась Китаи. – Если забыть про его рот. – Она усмехнулась и сухо добавила: – Впрочем, по этой части у него никогда не возникало проблем. – (Исану стало охватывать отчаяние.) – Складывалось впечатление, что его не научили, как нужно себя вести. Вероятно, это еще одна проблема алеранцев. В конце концов, если никто не знает, как это делается, нет ничего удивительного в том, что вы так нервничаете, когда об этом заходит разговор.

– Китаи, – слабо возразила Исана.

– В легионе мне начали платить за то, что я делала и без того, и я решила купить для него инструкции. Мне показалось, что это разумный способ потратить деньги. Но женщина, работающая в Павильоне, объяснила мне, что это неправильно, и практически все принесет ему радость, если я буду голой. – Она взмахнула руками. – И это после всех разговоров о том, что нужно носить одежду!

Исана радовалась, что рядом никого нет, чтобы подслушать их разговор. Она начала что-то лепетать, надеясь, что Китаи правильно ее поймет, но тут ощутила эмоции девушки. Исана остановилась и приподняла бровь:

– Ты меня дразнишь.

Глаза Китаи сияли, когда она бросила взгляд через плечо.

– Неужели я способна так поступить с Первой госпожой Алеры?

Исана разинула рот, впрочем тут же его закрыла и попыталась не отставать от Китаи. Некоторое время обе молчали.

– Он рассказал тебе? – наконец спросила Исана.

– Вроде того, – ответила Китаи. – Его чувства меняются всякий раз, когда он о тебе говорит. – Она стала серьезной. – Я помню, что значит иметь мать. Я знаю, что он испытывает.

Некоторое время Исана смотрела на Китаи.

– Ты совсем не такая, как кажешься? – спросила Исана. – (Китаи изогнула светлую бровь.) – Ты выглядишь… как девушка-варвар. Отважная, дерзкая, не обращающая внимания на нормы поведения. – Исана слабо улыбнулась. – Я спросила тебя о твоих отношениях с моим сыном. И ты многое мне рассказала.

Китаи пожала плечами:

– Мой отец часто повторял: «Говори только с теми, кто слушает. Все остальное лишь сотрясение воздуха». В моих словах есть ответы на все твои вопросы, если только ты меня слушала.

Исана кивнула:

– То, что связывает тебя с Тави… это вроде другого тотема вашего народа? То, как близок твой отец со своим гаргантом, Ходоком.

Брови Китаи взметнулись вверх.

– Дорога не совокуплялся с Ходоком, насколько мне известно. – После небольшой паузы она добавила: – Ходок не стал бы такое терпеть.

Исана не выдержала и рассмеялась.

Девушка-марат улыбнулась и кивнула:

– Да, очень похоже. – Она коснулась своей груди. – Я чувствую его здесь.

– А есть другие, похожие на тебя? Те, кто с алеранцами… я не знаю нужного слова.

– Чала, – сказала Китаи. – Нет. Наши народы никогда не были близки. Молодые девушки и юноши стараются держаться подальше от чужих. Я единственная.

– Но твой клан не станет возражать? – спросила Исана. – Если ты захочешь вернуться?

Китаи пожала плечами:

– Я единственная.

Исана постаралась осмыслить слова Китаи.

– Наверное, трудно быть одной, – тихо сказала она.

Китаи наклонила голову, и на ее губах появилась странная улыбка.

– Не знаю – я не одна.

И Исана вдруг почувствовала, как от Китаи исходит глубокое и сильное, точно жар очага, чувство любви. Исане уже доводилось испытывать такие ощущения, хотя и не часто, и Китаи произвела на нее большое впечатление. Прежде она думала, что девушка-варвар остается рядом с Тави ради удовольствия и приключений. Она совсем не понимала Китаи, приняв ее спокойствие за отсутствие глубоких чувств.

– Ты умеешь скрывать свои чувства, – тихо сказала Исана. – Как он. А сейчас ты мне их показала. Ты хотела меня успокоить.

Девушка-марат посмотрела на нее без улыбки и слегка склонила голову:

– Ты умеешь слушать, госпожа Исана.

Исана прикусила губу:

– Едва ли меня можно называть госпожой, Китаи.