– Никто из них не успел обнажить сталь раньше нас, – сказал третий молодой голос, который Исана не узнала. – Если все начнется сейчас, они даже не успеют вынуть мечи из ножен. Это кажется несправедливым.
– Ты совершенно прав, Красс, – сказал Макс. – Прав, как всегда.
Исана почувствовала, как в комнате полыхнула ярость, исходящая от Наварис, тут сомнений быть не могло. Обжигающий гнев, полный такой злобы и ненависти, что он казался живым существом, иррациональным, безумным, жаждущим крови чудовищем, – Исана сталкивалась с такими лишь дважды в жизни.
На мгновение ей показалось, что Наварис будет атаковать в любом случае. Однако пылающая ненависть внезапно погасла, словно горящая свеча, упавшая в пруд.
– Ты думаешь, тебе удалось чего-то здесь добиться, – спокойно сказала Наварис. – Ты со временем поймешь, что ошибаешься.
Тави посмотрел на нее так, словно не слышал последних слов.
– Пожалуйста, передайте сенатору мои извинения – я не могу действовать, не получив подтверждения его приказу. Иногда инструкции бывают неудобными, но именно они составляют суть легиона. Благодарю вас за визит.
– Глупец, – сказала Наварис.
–
Мгновение ничего не происходило, потом послышались шаги, дверь захлопнулась, наступила тишина.
Исана прислонилась к стене и закрыла глаза, ее сердце билось в ускоренном ритме, от облегчения слегка кружилась голова, она не могла забыть страсти, которые кипели в маленьком кабинете Тави всего несколько мгновений назад.
– Проклятие, – выдохнул Максимус. – Это была та, о ком я подумал?
– Фригиар Наварис, – кивнул Тави.
– Что она здесь делала? – спросил Макс.
– Главным образом подвергалась унижению. Особенно в конце.
Макс коротко рассмеялся:
– Ты ничего не делаешь наполовину, Кальдерон?
– Тем самым я экономлю время – не нужно возвращаться и завершать дело потом. – Тави встал и подошел к двери. – Кстати, о Кальдероне.
Исана открыла дверь, чувствуя, как дрожат ее пальцы после пережитых волнений. В кабинете остались только Тави и Максимус.
Макс приподнял брови, даже не пытаясь скрыть удивления.
– Доброе утро, домина.
– Доброе утро, Максимус, – ответила она. Что ж, хотя бы голос ее не дрожит. Она посмотрела на Тави. – Эта женщина опасна?
Тави кивнул:
– Один из десяти или двенадцати лучших клинков Алеры.
– Точнее, из шести или семи, – серьезно заметил Максимус. – И на ее руках больше крови, чем у любых двух клинков из этого списка.
Исана покачала головой:
– О чем ты думал, когда наносил ей такие оскорбления?
– Я думал о том, чтобы дать время Максу и его брату оказаться здесь, – сказал Тави, и на его лице появилась мальчишеская улыбка. – Расслабься, тетушка. Все под контролем.
Макс фыркнул.
– Она действовала от лица сенатора? – спросила Исана.
– Наверное, – ответил Тави.
– Почему же ты не отдал ей документы?
Тави вздохнул и принялся собирать упавшие листы.
– В донесениях Арнос найдет то, чего он не хочет знать. Думаю, он намерен их уничтожить. – Тави сложил бумаги в стопку и повернулся к Максимусу. – Отнеси это Эрену. Я хочу, чтобы были сделаны копии для дона Сирила, сенатора, трибунов и стратегов всех трех легионов, а также командиров ополчения города.
– Собрание штаба? – проворчал Макс.
– Да. Как только информация станет всеобщим достоянием, Арнос не сможет ее спрятать.
Исана с интересом посмотрела на Тави:
– А что там может быть такого важного?
Тави провел пальцами по коротко стриженным волосам.
– Благодаря собранным нами сведениям у меня сложилась полная картина, и я знаю, каковы намерения канимов. Думаю, если мы будем действовать правильно, то сможем остановить войну.
– Как?
– Тави, – с тревогой сказал Максимус.
Тави повернулся к нему:
– Что такое?
Максимус посмотрел на него, тряхнул головой и развел руки в стороны, словно извиняясь перед Исаной.
– Это очень важная информация. Я понимаю, что Исана член твоей семьи… но она связана с госпожой Аквитейн. Лучше не обсуждать в ее присутствии подобные вещи. – Он снова посмотрел на Исану. – Один из основополагающих принципов игры, госпожа.
– Вoроны, – фыркнул Тави. – Макс, она моя семья. Если не верить своей семье, тогда кому?
Острый клинок вины поразил Исану в самую грудь. Последние слова были так характерны для Тави. В детстве он был очень близок с ней и Бернардом, а трудная жизнь на границе сплачивает людей гораздо сильнее, чем в более благополучных частях Алеры. Жизненный опыт подсказывал Тави, что семья защитит его и поддержит, всегда окажет помощь… и в семье нет места для обмана. Он в это верил.
Ему предстоит испытать боль, когда Исана разрушит эту веру.
– Все в порядке, – быстро сказала она. – Мне не следовало задавать этот вопрос. Конечно, лучше сохранять осторожность.
Тави бросил на нее внимательный взгляд, пожал плечами и кивнул.
– Не теряй времени, Макс. Нам следует поспешить.
Максимус ударил себя кулаком в грудь, с виноватым видом кивнул Исане и быстро вышел.
Тави встал и нахмурился:
– Сожалею, что мы должны прервать нашу встречу, тетушка, но…
