…А Ереван жил привычной своей жизнью. Джигиты-автомобилисты вовсю давили на клаксоны, завидев на тротуаре симпатичную блондинку. Около здания правительства продолжали голодовку абитуриенты местных вузов, уже после окончания вступительных экзаменов незаслуженно оттесненные «блатниками». Буквально в ста метрах, у фонтана с подсветкой, шла тусовка — веселая и беззаботная. На переговорном пункте самая длинная очередь стояла перед кабиной, из которой можно дозвониться в Степанакерт.
Да, в пестрое время мы живем…
— Извините, талончик не продадите?
— Не продам. Даром отдам!
Мой попутчик произнес эти слова так гордо и торжественно, что я живо представил себе: вот сейчас дребезжащий трамвай остановится, в салон впорхнут девушки в чеченских одеждах и самая красивая из них — на серебряном подносе поднесет мне «тот самый талон…
Грозный — очень гостеприимный город. Не знай, как кому другому, а мне ни разу не доводилось там испытывать какие-то «специфические» неудобства. Однажды даже в гостиницу — в гостиницу! — без всякой помощи поселился, честное слово.
Но вот в один далеко не прекрасный день и Грозный превратился в «горячую точку».
Так что с Александром Федоровичем Тархановым, работавшим в прошлом году главным тренером грозненского «Терека», разговор был не о красотах того края и не об ароматах национальной кухни…
— …Все мои знакомые, словно сговорившись, сочувствовали: и как это меня туда занесло? С таким состраданием расспрашивали, будто я из-за линии фронта вырвался.
— И что вы им отвечали?
— Да уж во всяком случае не жаловался. Футбольных проблем, конечно, хватало, но покажите мне хоть одного тренера, у которого их нет. Что же касается темы: «Местные национальные дела и футбол», то тут просто рассказывать не о чем было — все шло нормально. Да, политические страсти порой перехлестывали через край, но на футбольную жизнь это никак не влияло. В самый разгар митингов у нас должны были играть торпедовцы Волжского. Мы отправили в Москву телеграмму, заверенную подписями всех руководителей республики: нормальное проведение матча гарантируем. Но соперники почему-то решили не ехать в Грозный, хотя абсолютно ничего им не угрожало. Победил бы сильнейший… Этот город, где я прожил не худший год своей жизни — грозный только названием. Будь по-другому, разве стал бы я сюда перевозить семью? Но жена была вместе со мной, сын учился в местном университете…
— То, что у вас нет предубеждения против людей другой национальности — это ясно. Иначе вы бы в Грозный просто не поехали. А к вам как относились?
— Там в последнее время так сложилось, что и в команде и вокруг нее в основном чеченцы. Это в семидесятые годы «Терек» обходился в первой лиге в основном приезжими футболистами. Но потом вылетели, и с тех пор был объявлен курс только на местные кадры. А это был совершенно бесперспективный путь. Чеченцы — они ведь горцы, здесь так заведено, что каждый мужчина чуть ли не с пеленок должен полагаться только на самого себя. Так и должно быть, у них же совершенно другой жизненный уклад. Но футбол-то — игра коллективная. Чтобы научиться расставаться с мячом, парню себя переламывать надо. А это не каждому дано, да и времени требует. Сейчас в Грозном создали юношескую команду, там семнадцатилетние местные ребята и учатся настоящему футболу. А от «Терека»-то результат требуется… Так что я не мог обойтись без приглашения иногородних.
— И как к этому отнеслись хозяева команды? Не увидели повод, чтобы упрекнуть вас в национализме?
— Да нет, они все понимают. Раньше ведь командой руководил кто? Партийные лидеры, в первую очередь. Дилетанты в футболе, они еще и стремились проводить в опекаемом коллективе «ленинскую национальную политику». Причем в то же время ждали от команды только побед. Вот и сотрясали «Терек» скандалы и раздоры. А потом появился состоятельный спонсор — совместное советско-американское предприятие Сов-Американ Трэйд. В отличие от меценатов за государственный счет его руководители вложили в дело свои собственные деньги. Вот он — профессиональный подход: им нужен результат, я, как тренер, должен его обеспечить. Все! Мне доверяли, и никто не пытался за моей спиной собирать команду по национальному признаку.
