Почему бы в порядке эксперимента не разрешить двум-трем лучшим тренерам (при их, естественно, желании и согласии) набрать для прохождения практики небольшую группу наиболее способных, на их взгляд, слушателей? Имеют же в театральных вузах авторитетные мастера курсы своих студентов, и нередко это заканчивается рождением нового театра. Понимаю: дефицит времени у тренеров настолько велик, что они и дома-то редкие гости. Но, право, ради общего дела стоит поступиться частными интересами. Разве не обогатится наш футбол, если мы будем иметь не просто сторонников определенного направления, а единомышленников и сподвижников, верных принципам своего учителя. Тогда всерьез можно будет говорить о создании школ того или иного тренера.
Народный художник Сарьян как-то сказал: «Я не знаю ни одного человека, который бы не умел рисовать, но который бы кого-нибудь научил рисовать». Дело, которому учишь, надо досконально знать изнутри. Поэтому (хотя и известны случаи, когда командами руководили и журналисты, и юристы) в целом принцип отбора слушателей ВШТ из бывших игроков не может вызывать сомнений.
Настораживает другое. Для поступления туда необходимо направление от спорткомитета соответствующего города, области или республики. Говоря проще, судьба будущего тренера находится в прямой зависимости от его отношений с местным начальством.
Мы все хотим видеть среди тренеров личности, но так, чтобы не испытывать неудобств от общения с ними в жизни. Так не бывает: индивидуальность проявляется во всех областях. Где гарантия, что яркому, но неуживчивому человеку не предпочтут заурядную, но не портившую никому нервы посредственность?
Есть, правда, в направлении фраза, которая вроде бы оправдывает существование этого документа и призвана внушать поступившим уверенность в завтрашнем дне. Черным по белому: «…после окончания ВШТ имярек будет предоставлена работа по специальности…» – и указано конкретное место будущей службы. Но обладает ли она, эта фраза, юридической силой? Сдается, и здесь все отдано на милость опять же местным руководителям…
Вопросы совершенствования, отбора и распределения слушателей на сегодня наиболее актуальны. Должен сказать, что на местах не всегда ответственно подходят к выбору кандидатов. Конечно, проводятся собеседования, и имеется возможность, допустим, из трех абитуриентов какой-то республики выбрать одного. Но согласитесь, общий открытый конкурс был бы куда полезнее и эффективнее. К сожалению, распространен еще и такой подход: футболист закончил играть, его надо трудоустроить – что ж тут ломать голову! – пусть идет в ВШТ, и с плеч долой. А ведь тренерское дело – удел избранных. Иногда приходит бывшая «звезда», ну, кажется, сам бог велел ему стать тренером, а буквально через несколько месяцев ясно, что ничего хорошего из этой затеи не получится. И наоборот: бывает, футболисты, выступавшие на уровне первого разряда или кандидата в мастера, схватывают все на лету и в дальнейшем работают очень квалифицированно.
Не чувствуется государственного подхода и при использовании выпускников ВШТ. Причем, как ни странно, проблема распределения слушателей в первой и высшей лигах практически не существует. А вот во второй, где, казалось бы, необходимо и есть возможность насытить команды квалифицированными кадрами, атмосфера делячества не позволяет этого сделать. Там судят о тренерах по своим меркам: превыше всего ценятся качества «толкача» и умение ловко обходить частоколы инструкций. Вот и выходит, что на втором году обучения ребята начинают «дергаться», больше уже думать не об учебе, а о распределении.
Но ведь эта проблема разрешима. Достаточно лишь, чтобы клубы, в которые приходит выпускник ВШТ, взяли на себя обязательства не расторгать с ним отношения, допустим, в течение трех лет…
Это было бы реально. Но тогда логично, чтобы клубы и направляли своих избранников в школу. В Италии, например, где обучение на тренерских курсах в течение 9 месяцев стоит 3 900 000 лир, так и делается. Кстати, не всегда деньги вносит клуб, как правило, приходится раскошеливаться игроку, но зато он с первого дня знает, где и кем ему придется работать.
Должно ли быть платное обучение? В условиях существования хозрасчетных клубов оно представляется вполне логичным, хотя все же это вопрос скорее будущего. А вот то, что надо уравнять всем слушателям стипендии, для меня очевидно сейчас. Ведь пока все получают их по месту своей прежней работы, и разница подчас бывает очень внушительной. Причем она никак не зависит от старания и успехов непосредственно в учебе.
Сложнее устранить другое неравенство – в начальных знаниях поступивших. Одни из них закончили, предположим, дневное отделение два-три года назад, другие – заочное лет восемь назад. В такой ситуации мы вынуждены терять время, чтобы подтянуть, насколько возможно, всех до общего уровня. Но думаю, и это можно преодолеть за счет большего акцента на индивидуальные занятия.
