Группа экономистов под руководством Хольгера Прюсса из Майнцского университета поставила перед собой задачу рассчитать, сколько «новых» (т.е. дополнительных и именно футбольных) денег в реальности истратили гости, посетившие Германию в период ЧМ. В прошлом, когда стадионное лобби еще вещало во весь голос, такого рода расчет делался очень просто: число мест на стадионах, где должны были проводиться матчи, умножалось на некое вымышленное количество денег, которые якобы потратит каждый зритель (сюда включались плата за отель, питание, трансферы отель — стадион и, естественно, стоимость входных билетов) и выходила гигантская гипотетическая сумма.
Еще в то время этот метод вызывал нарекания у серьезных экономистов, указывавших, что не каждый гость в действительности приносит экономике страны-хозяйки новые деньги. Исследования группы Прюсса только подтвердили этот тезис. Обследования крупной выборки гостей чемпионата показало, что иностранцы, специально прибывшие в Германию на мундиаль, составляют лишь около пятой их части. Более половины «гостей» чемпионата оказались, в сущности, своими же гражданами. Иными словами, в массе своей это были люди, которые в любом случае находятся и тратят деньги в Германии, независимо оттого, проводит она ЧМ или нет. Не будь в Германии чемпионата, они, по всей видимости, потратили бы те же деньги на другие развлечения (скажем, посещали бы кино, рестораны и т.п.). Если же они тратили деньги на посещение стадионов, то это было за счет уменьшения их расходов в других секторах германской экономики, что значительно умаляло дополнительные экономические выгоды от проведения чемпионата. Конечно, некоторая часть немецких болельщиков из-за него предпочла остаться дома, вместо того чтобы уехать на отдых за рубеж и смотреть матчи барах где-нибудь на испанском побережье. Однако выигрыш от их «футбольных» трат сводится на нет из-за недополученных экономикой трат другой части немцев, которая предпочла выехать за рубеж ровно по той же причине, — желая оградить себя от суматохи и сумасшествия, всегдашних спутников мировых чемпионатов.
Остальных зарубежных зрителей (а они составили четверть от общего количества гостей) группа Прюсса подразделила на две категории. В одну вошли те, кто в любом случае приехал бы в Германию туристом, но решил приурочить свой тур ко времени проведения чемпионата. Их группа Прюсса окрестила «таймерами». В другую категорию вошли те, кто по совпадению оказался в Германии как раз во время проведения ЧМ, и посещал матчи из любопытства, желая выяснить, что там происходит. Их условно назвали «зеваками».
Вклад «таймеров» и «зевак» в общую величину расходов должен был быть невелик, поскольку и без чемпионата они все равно потратили бы в Германии энную сумму. Группа Прюсса довольно подробно опрашивала респондентов о планируемых ими тратах. Вывод гласил, что ЧМ-2006 помог посетителям раскошелиться в общей сложности на €2,8 млрд. Это жалкие крохи по сравнению с гигантской, и пожалуй что гламурной, в духе Пэрис Хилтон, суммой в €1трлн с гаком, что ежегодно тратят в Германии потребители. Кроме того, эти 2,8 миллиарда порядочно уступают и государственным расходам Германии на прием чемпионата.
Примечательно, что более трети совокупных расходов посетителей ЧМ приходятся на тех, кто ни разу не был на стадионе, а смотрел все матчи только на больших экранах в общественных местах. Короче говоря, эффект от ЧМ вряд ли вообще был замечен организмом германской экономики, ну разве что как булавочный укол.
Практически все исследования дают один и тот же результат: прием спортивного мероприятия не увеличивает ни численности туристов, ни количества постоянных рабочих мест, ни темпов экономического роста. Так что на следующем мундиале, который пройдет в Южной Африке, самолетов, из которых проливается дождь из долларов, не будет. Когда министр финансов призвал в Йоханнесбург трех видных экономистов в области спорта на семинар по поводу экономических выгод от проведения чемпионата мира 2010 г., те в один голос заявили, что лучшее, на что может рассчитывать Южная Африка, — это что ЧМ не приведет к снижению темпов экономического роста. Даже ожидающиеся полмиллиона иностранных гостей не подарят ЮАР «экономического процветания». В 2007 г., например, Южно-Африканская Республика привлекала в среднем примерно 750 000 иностранных визитеров за месяц.
