Понял, к чему он ведёт. Пару недель назад я делал себе список дел: насильник, неизвестный снайпер-киллер и банда, которая маскируется под почтальонов, что носят пенсии старикам… ну и скоро вернётся Маньяк с Правого берега, и этой зверюгой мне тоже надо будет заняться.
Если подумать, насильник это, скорее всего, тот же самый, о котором говорит Седов, но пока за ним всего семь эпизодов, а не семнадцать, как было на тот момент, когда мы его взяли в моей первой жизни. Снайпер — я предполагаю, что это Денчик-Хирург, который теперь в нашей команде, но на случай, если тогда был кто-то ещё, то займусь. Почтальоны — к ним придём уже скоро, с ними будет жёстко.
Могу прямо сейчас сказать фамилию насильника, я его знаю, сам же ловил. Правда, в деле был один нюанс, который меня после этого долго беспокоил… надо бы поизучать вопрос, нужна доказуха. Не для суда, а чтобы самому твёрдо знать, что человек виновен.
— Есть подозрения, — сказал я. — Проверим кое-что, и занимайся.
— Скажи кто. В СИЗО его закроем, и вот на тебе — второй Поджига, ёпрст.
— Там не сто пудов, Сергеич. Проверить надо. Да и он не подарок. Поэтому действуй по закону.
— То есть, втихаря, — он кивнул с усмешкой.
— Угу. В центре, на «Калинке», живёт такой странный тип с братом, фамилия у них Матвейчуки. Посмотри, что старший делает, но ничего пока не предпринимай, а я раскидаюсь с проблемами, и займёмся этим делом…
Договорить я не успел, заиграла мобила. Номер не определился, но голос я узнал. Это же один из парочки мошенников, которые делали для меня одно особое дело.
— Костик это, — проговорил тот. — Насчёт твоего вопроса. Нашли инструменты, всё готово, завтра можем приступить.
— Ну и отлично, подъеду, поговорим.
Это что, уже завтра хотят вскрыть ячейку? Неплохо, но перед этим надо будет утрясти ещё несколько вопросов.
Я отключился, задвинул антенну мобилы и посмотрел на Седова. Старый опер как раз собирался уходить по своим делам.
— Поехали, прокатимся, Сергеич, — предложил я. — Они мне стрелку забили, но не доверяю я этим перцам.
— А ты вообще людям веришь? — он усмехнулся.
— Людям верю, а этим гадам — нет. Но посмотрим ещё, что они удумали.
Да, план они наверняка подготовили, и такой, чтобы самим снять все сливки с этого дела. Они же думают, что там компромат на Александрова, а я им мешаю заработать. Но пока они не знают, что это за ячейка, и у них нет второго ключа… опять-таки, вскрыть-то могут и без этого, лишь бы знали, что именно вскрывать.
Их судьба зависит от них самих. Захотят кинуть — вскоре поймут, что это самая сильная ошибка в их жизни, зато последняя. Сделают, как договорились — может быть, даже не поедут в колонию, буду их держать на коротком поводке и строгом ошейнике с шипами внутрь, чтобы использовать, когда нужен тонкий подход.
Лично меня устраивают оба варианта, потому что оба исхода мне выгодны. Ведь рискуют-то они, и попадать будут тоже они.
Надо бы ещё понять, что они выдумали. Но тут подключим Седова, опытный сыщик такой вопрос решить сможет, а не сможет — есть другие варианты, как это выяснить…
Путь много времени не занял. Ох, не завидую жителям этой жёлтой пятиэтажки — здесь всегда шумно. Мало того что со стороны улицы находятся вечно громыхающие трамвайные пути, так во дворе стояла незаконная одноэтажная пристройка из белого кирпича. С одной стороны — грузинское кафе, где шашлыки жарили круглые сутки и постоянно дрались посетители, с другой — клуб игровых автоматов. Там постоянно что-то звенело и бренчало, а азартные агрессивные гопники вечно караулили местных пацанов, чтобы вытрясти с них мелочь для игры.
Да и стрелялись здесь аж до 2008, пока эту халупу не срыли бульдозером. Сам приезжал как-то на поножовщину.
— А в ресторане, а в ресторане, — доносилась песня из кафе. — А там гитары, а там цыгане.
Но на ресторан из песни Ларисы Долиной это место не походило, даже цыган не было, их в этом районе не любят. И шашлыки здесь не очень. Зато вспомнил, кстати, о том кафе на рынке, которое мне как-то раз показывал покойный Басёнок. Вот там шашлыки были мощные… хоть какая-то польза была от вредного бандита…
Чуть в стороне от игрового клуба стояла иномарка, «Хонда Цивик», леворулька, седан, серого цвета, с неродным грязно-белым бампером. Знаю, кто владелец — Лесник. Он и Костик должен быть внутри, там шумно, подслушать невозможно, говорить можно о чём угодно.
Сначала в зал вошёл Седов, чтобы оглядеться своим оперским взглядом, мало ли. Его знают, но никого его появление не удивит — мало ли для чего оперу потребовалось туда зайти.
После зашёл я. Игровые автоматы трезвонили на всю громкость, из них играла противная мелодия. В зале накурено, дышать нечем, людей много, в основном школьники, у которых уже начались каникулы.
Но были люди и постарше, те, кто мечтал выиграть. А выиграть тут почти невозможно, несмотря на то, что радостные мелодии от очередного выпадения нужных чисел звенело часто. Но как здесь сделано — вероятность выигрыша зашита в автомат, она мизерная. Да, можно выиграть полтинник, но для этого придётся оставить здесь пару соток.
