Один помоложе, помятый, с царапиной на лбу и фингалом под глазом. Это тот самый лейтенант Трофимов, следователь ФСБ, который следил за стрелкой, явно нарушая служебные обязанности.
Его уже выпустили, когда разобрались, что к чему. С ним был чекист поматёрее, его начальник, уже седой. С виду мужик невзрачный, явно пьющий, но по взгляду видно, что умный. Майор Любимцев, как представил его Иванов.
Вот этот второй — волчара, наверняка он всё и организовал, придумал, только проконтролировать всё отправил молодого. С ним и надо работать. Где зубы показать, а где убедить.
Ну а ещё надо разобраться, в чём их истинная цель. То, что наняли бандитов — методы странные. С другой стороны, я сам такими пользуюсь вовсю, чтобы братва сама разбиралась с братвой.
Но для какой цели они всё это используют? Просто нарушают правила для лучшей эффективности, чтобы бороться с врагом? Или же играют грязно, чтобы заработать как можно больше?
— Я вот не понимаю, Валентин Сергеич, — начал этот волчара, косясь на меня. — Чего мы с ним говорим? Его закрыть надо, потом допросить. Явное же преступное сообщество, организованная группа.
— А закройте, — я посмотрел ему в глаза. — Объясняйся потом всем, с чего это вы натравливаете бандитов на бизнесменов, похищаете ветерана боевых действий, кстати говоря, у которого большие проблемы со здоровьем…
— У него-то со здоровьем? — возмутился чекист. — Он Игорю глаз подбил и ствол отобрал!
— … и требуете за него выкуп, — продолжил я, не сбиваюсь. — Журналисты эту историю с руками оторвут. Мне уже названивали местные, а когда московские проснутся — тоже начнут звонить. А у вас сейчас самое время такие истории создавать, когда новый директор пришёл.
В иное время меня бы тут же утащили в изолятор, а то и в безлюдный кабинет, чтобы пинками принудить к сотрудничеству. В арсенале у матёрых чекистов очень много средств для «убеждения».
Но я позволяю себе наглеть, потому что у меня есть козыри. И главный из них — не ксива и не трофейный табельный ствол, и не показания бандитов и собровцев.
Главный — то, что полковник Иванов был не в курсе, чем именно занимаются приезжие на его территории.
А он хоть и «варяг», приехавший сюда из Питера, всё же прирос к этому месту, заработал репутацию, и ему точно не нравится, что кто-то за его спиной проворачивает дела, мешая ему самому и нападая на его контакты. А уж я давно прописался среди его самых полезных знакомств, много чем помогли друг другу.
И вот, возник косяк, который может повредить вообще всему управлению. Особенно в такой сложный период, когда уходит старый директор и назначили нового. И когда в газетах и по ящику активно обсуждают слухи про конфликт Березовского с почти секретным подразделением УРПО в составе ФСБ.
Вот и не хватало публичного скандала, что чекисты приказали бандитам похитить человека, будет последней каплей. Вот и говорят со мной, куда деться. А я с ними, пока есть такой шанс.
— Да погоди, — седой Любимцев заулыбался, меняя тактику на ходу. Хотя по взгляду видно, что он не понимает, с какого перепугу должен объясняться. — Мы же думали, что это банда какая-то организованная, вот и взялись за работу, чтобы всё выяснить. Методы у нас такие. Попросили коллег, чтобы свели с кем-нибудь из местных. А у тех бандитов как раз конфликт был с тем молодым человеком, вот они как раз хотели его похищать. Вот мы и наблюдали, что будет дальше. Никто стрелять не собирался, просто следили, если что — вмешались бы сразу. Это спецоперация, а не разборки. А тут вдруг СОБР приехал.
Раз посчитали нас бандой или того хуже, то ждали, что на стрелку приедет наша вооружённая группа. Почему они так думают? Возможно, они анализировали события и поняли, что есть третья сила в этой войне банд и правоохранительных органов Бекетовска.
Решили, что в городе существует хорошо вооружённая сила, которая и поспособствовала гибели Вербицкого. Тем более, убит он был пулей из редкого спецназовского ВСС «Винторез».
Значит, чекисты хотели сыграть нагло и спровоцировали? Приехала бы наша группа на стрелку, и что дальше? После этого в Москву отправили бы депешу об этом?
Тогда бы уже в ближайшие дни за нами охотился спецназ ФСБ «Вымпел», ну или хотя сейчас это временно называется группа «Вега». Уничтожили бы с корнем, ведь группа, которая сама выносит приговоры без суда — угроза, с которой будут разбираться всерьёз.
А тут приехал СОБР, как бы по знакомству. Тоже нарушение правил, но нарушение правил контролируемое, обычное, то, что не пугает. Да и формально нарушения закона нет, ведь похищение состоялось, участие милиции оправдано.
Так что у них положение сложное. А у меня задача особенная — убедить их, что такой группы в городе нет и такое в принципе невозможно.
Дать полуправду, чтобы направить их рвение в чужую сторону. Потому что если они действуют не по собственной инициативе, то за ними стоит система, которую не победить. Если по собственной — будет проще, на такое управа есть.
