— Я их всех знаю, братка, — я махнул рукой, а потом хлопнул Димку по плечу. — Девушку тебе найти надо, а то один так свихнёшься. Суетишься много, а надо спокойно.
— А, — он покачал головой и сел за стол.
— Не раскисай, пообещал же, что помогу. Значит — выручу, — я пихнул его на прощание и пошёл на выход.
Что-то подумалось в подъезде, что на этом неприятности не закончились, ведь в последнее время всё шло слишком гладко.
Так и вышло. На мобилу позвонил неопознанный номер, я ответил.
— Это Денис, — услышал я в трубке печального Хирурга. — Новости не смотрел?
— Нет, забегался по делам. Что такое?
— Да отца взорвали, — голос его дрогнул. — Прямо в машине.
— Что? Что с ним? Жив? — тут же спросил я.
— Жив.
— Ëпрст! Когда это случилось?
— Ночью, в Швейцарию уже отправили на самолёте… Но тут такое началось.
Да я уже и сам понимал, что именно началось. Сейчас в Москве все как шакалы накинутся отбирать всё, что накопил Александров-старший. И не успеет он вернуться, как его обдерут до нитки. И даже его влиятельный знакомый не успеет отреагировать.
А затем, когда известие дойдёт до нашей братвы, они захотят все активы, что есть у Александрова в области. И ради такого они могут даже примириться на время. Свой шанс они точно не упустят.
Ещё и банк подтянется, где работал Веселовский, пока не поздно. Кто-то грабит в Москве, а кто-то на местах. В итоге разнесут всё. Что-то поменялось в мире от наших действий, и кто-то из врагов Александрова решил играть жёстче. А это значит, что этот враг чего-то боится, вот и рискнул.
Но и мы тоже не упустим шанс им подгадить. Пока все радостно побегут отрывать куски от империи Александрова, нужно их спровоцировать, чтобы они радостно резали друг друга, а не нас.
Ещё одна схема, которую я начал накидывать в голове. Придётся ускоряться во многих вопросах. Но сначала нужно разобраться, ведь вряд ли всё записано на самого Александрова.
Знаю я этих олигархов, всё наверняка записано на какие-то левые фирмочки на Кипре, и часть из них наверняка на Денисе, где у него контрольные пакеты акций. Поэтому его точно попытаются взять, чтобы он передал всё им.
Но это не просто сын клиента, которого мы должны защищать по договору. Он же Хирург, один из нас, лучший снайпер в команде. Так что бой дадим здесь, на наших условиях.
— Собирай надёжную охрану и прилетай к нам, — сказал я. — Там далеко, и мы ничего сделать не сможем. Зато в области отобьём хотя бы то, что есть здесь. А дальше — посмотрим.
Полковники Иванов и Некрасов обычно старались не пересекаться, с их тяжёлым характером и упрямством им сложно найти общий язык. Чуть что, так сразу лаялись.
И тем не менее, у них всё равно было какое-то уважение друг к другу: и к профессиональным навыкам, и к тому, что оба не давали спуску тем, против кого работали, и что не прогибались ни перед бандитами, ни перед руководством.
И всё же мне нужны они оба, потому что в этой ситуации придётся приоткрывать карты, а поодиночке они смогут сделать меньше, чем вместе.
Встретились мы с ними в гараже-ракушке Некрасова, где у того стояла побитая жизнью «пятёрка» бежевого цвета. На ней он ездил по своим личным делам, но куда чаще приходилось кататься по работе, потому что служебная тачка, закреплённая за его отделом, вечно была в ремонте. На что-то посерьёзнее полковник РУБОП так и не скопил.
Гараж открыт нараспашку, у машины поднят капот, Некрасов, стоя рядом с ней, вытирал грязные руки полотенцем. Чуть поодаль стоял Иванов в костюмчике и задумчиво смотрел в сторону пятиэтажки, наверняка гадая, для чего я позвал их двоих.
— Если не вырубят эту хрень — я спецназ вызову, чтобы всех там повязали, — со злостью сказал чекист.
— Армию уж сразу, — отозвался Некрасов. — С танками. С самого утра врубили. Раньше какие-то маты-перематы слушали, так хоть смешно было, а тут…
Из гаражей с обратной стороны доносилась песня, из-за которой два полковника переполошились:
— Какао-какао — о-о-о…
— Да пусть развлекаются, — подал голос сопровождающий меня Глеб.
— О, перебежчик, — Некрасов его заметил, подошёл и шутливо пихнул в живот. — Никак первый день на воле.
— Да ну тебя, Иваныч, — отозвался Сибиряк, пихнув бывшего шефа в ответ.
— Моих коллег не трогай, — вступился я в их лёгкую перебранку. — Ты бы в двадцать три года из органов уволился — таким злым бы не был. Ты же как почтальон Печкин в мультике, только тому велосипеда хватило, чтобы подобреть, а тебе неизвестно чего надо.
— Хех, — Иванов услышал перепалку и хмыкнул.
— А ты чё ржёшь? — Некрасов нахмурился. — Расслабишься, так Коршунов твоих к себе переманивать начнёт.
— Можешь брать, — Иванов пожал плечами. — Мне тут предложение поступило, глядишь — перееду осенью. Кого надо, того заберу, остальных бери.
— Тебе-то чего, ты варяг, — отозвался Некрасов. — Приехал-уехал, поминай, как звали.
Что-то меняется в этой жизни, но иногда в деталях, которые предусмотреть было невозможно. Вот Иванова забирают на повышение раньше, чем в той жизни, на несколько лет.
