— Иди ты в жопу! — пацан отбежал к забору и мигом запрыгнул на него. — Знаю я таких, как ты! Один вот недавно всё к Толяну Квашенному подбивался, а тот потом едва свалил!
— Ну и фантазия у вас, — мужик помрачнел. — Кому вы нужны? Так не покажешь? Конфетку бы дал, — он открыл и закрыл бардачок. — У меня есть.
— Иди ты в жопу, — повторил пацан, не собираясь слезать.
— А у меня «Сега» есть, — тоном заговорщика сказал мужик.
— Где? — мальчишка выпучил глаза.
— Да тут рядом, вон за тем домом, — показал мужик. — Давай, покажешь, как проехать, а потом в «Мортал Комбат» поиграем. Садись.
— А какая часть?
— Третья.
Пацан спрыгнул с забора. Мужик оживился, но, увидев, что происходит дальше, собрался было дать газ. Но не успел, дорогу впереди перегородила «девятка», а на переднее сиденье нагло сел мужик в чёрной форме и вязаной маске на голове.
В руке он держал пистолет.
— Как я его обул? — радовался пацан на заборе. — Сразу клюнул, *** дырявый, лох педальный! Конфетку, говорит, дам!
— Это всё совсем не так было, — произнёс усатый педофил слабым упавшим голосом. — Он врёт!
— Да я уж видел, — сказал мужик в маске с кавказским акцентом и добавил: — Красавэла ты, пацан! Сочтёмся ещё, шкет. Вали уже.
Кавказец махнул пацану, чтобы тот ушёл, открыл бардачок и заглянул внутрь.
— Это чё, и где канфэтки? Нэт ныфига? И Сэги нет, да? Эх, нэльзя людей обманывать. Погнали, — он пихнул водителя в плечо. — Погнали, доброволец. Как Батя таких гадов и находит? Да пофиг, — проговорил он очень тихо и рявкнул во весь голос: — Поехали!
Несколько дней спустя
Будь сейчас так развит интернет, многое бы не удалось. Но сейчас проще делать некоторые вещи, хотя другие сложнее.
На вокзале толпа народа, едва нашли места, где сесть. Менты гоняли спящих на лавках бомжей, с десяток цыган расселись кружком в стороне и обедали варёными пельменями, которые доставали из большого пакета, обильно заливая их майонезом.
Чуть дальше играли в карты, один парень в соседнем ряду держал в руках ещё советскую «Электронику» с Волком и яйцами, другой играл в тетрис. Звук выключен, конечно, а то батарейка быстро садится. У его соседа игра более продвинутая, в его версии тетриса были танчики из блоков.
Голос диктора, идущий из динамиков, разобрать невозможно, но я знал, что до отъезда ещё есть время. Мы с Юлькой прогуливались вдоль киосков, где продавали всякую мелочёвку в дорогу, книги, китайскую лапшу, сладости и прочее. Девушка держала меня за локоть.
— Кошку не забывай кормить, — напомнила Юлька.
— Да её полдома кормит, — я усмехнулся. — Она ко всем приходит.
— У тебя она чаще появляется. Не просто так. Решила, что это дом.
В углу висел телевизор, на котором показывали новости. Я повёл Юльку в обход, чтобы не увидела. Ей лучше этого не видеть.
— … как сообщают наши источники в МВД, взрывное устройство было приведено в действие с помощью детонатора. Погибший — Денис Александров, сын петербургского бизнесмена Ильи Александрова, на которого недавно было совершено покушение в Москве…
На экране показывали горящую «Ауди». Тело пассажира опознали только по левой руке, на которой не было большого пальца. Конечно, могли быть ещё приметы, но мы использовали все свои связи, чтобы так и оставалось хотя бы сегодня. Правда, кое-кто уже мог выяснить правду.
Идущий за мной следом Валера даже ухом не повёл. Это случилось ночью, но я специально торопил Юльку и Димку, чтобы новости до них не дошли. Нечего им беспокоиться, всё порешаем к моменту, когда они вернутся.
Им некогда смотреть новости. Нашёлся врач в другом городе, который мог помочь отцу Юльки, за большую сумму, но деньги были. Вот я и отправил их на вокзал: её саму, её отца и брата, чтобы уехали на время из города, ну и полечились заодно.
Димке выбил санаторий, вместе с братом и сестрой, которых ему вернули после вмешательства Некрасова. Скоро каникулы кончатся, и мест мало, но я купил им места и отправил в отпуск.
А дядю Юру отправили в другой санаторий, с лечебными грязями, чтобы полечил спину.
Нет сейчас лёгкого доступа к интернету, а мобильная связь там не ловит. Пока до них дойдут вести, мы уже всё закончим.
Взрыв машины случился ночью, но наша работа началась давно, и сейчас всё сходилось воедино. Сегодняшние сутки — ключевые.
Механизм запущен, и даже то, что я на вокзале, уже ничего не меняло. Даже если я что-то не учёл, и меня застрелят прямо сейчас, таймер уже заведён, и ничего не поменяется.
Но я учёл если не всё, то многое.
— А там что продают? — Юлька потянула меня в другой зал, увидев ещё киоски.
— Пошли посмотрим, — я повёл её туда, заметив, что пришёл Некрасов.
И ещё где-то в зале ожидания находится Иванов. Сегодня я обещал ему рассказать, что мы придумали. И решил не таиться, потому что без их помощи ничего бы не удалось.
Ну а результаты они уже видят.
Гостиница «Казачья», центр Бекетовска
