Ёси не смог сразу ответить, ему чуть не стало плохо от внезапно охватившей его тревоги, которую он постарался скрыть. «Восемь военных кораблей? Это на четыре больше, чем их отправилось к Китаю, значит гайдзины усилили свой флот. Зачем? Чтобы отомстить за сацумские убийства на Токайдо, но в особенности за обстрел Огамой их кораблей. И они поступят так же, как в Китае. Тот корабль гайдзинов был потоплен в Тайваньском проливе, но они разорили побережье Китая в сотнях лиг от того места.
Что является для них самой легкой мишенью в Ниппоне? Эдо.
Может быть, Огама понял это, и его секретный план заключается в том, чтобы просто спровоцировать гайдзинов? Если бы я был предводителем гайдзинов, я бы уничтожил Эдо. Они не знают этого, но Эдо неотделим от нашего сёгуната. Если придет конец Эдо, придет конец и сёгунату Торанага, и тогда Земля богов будет отдана на растерзание.
Следовательно, это будет предотвращено любой ценой.
Думай! Как загнать в бутылку гайдзинов и Огаму, чей ответ состоит в том, чтобы положить под их меч наши головы – не свою».
– Я согласен с вашим мудрым советником, мы должны приготовиться оборонять Осаку, – начал он, чувствуя, как крутит желудок. Потом его тревога за безопасность Эдо выплеснулась наружу. – Направятся они в Осаку сейчас или позже, их военный флот вернулся. Если мы не будем очень осторожны, нам не избежать войны!
– Довольно мы осторожничали. – Огама наклонился ближе к нему. – Я говорю так: высадятся они в Осаке или нет, мы вскроем этот зловонный нарыв у себя на мошонке и уничтожим Иокогаму. Немедленно! Если вы откажетесь это делать, прошу прощения, я сделаю это сам.
– Мы обогнали флот два дня назад, мистер Малкольм, Джейми, – добродушно произнес капитан клипера, в глубине души потрясенный переменой, произошедшей с Малкольмом, которого он знал с пеленок и с которым совсем недавно, каких-нибудь три месяца назад, он шутил и смеялся в Гонконге за бокалом виски: желтовато-бледное, изможденное лицо, странный, отрешенный взгляд, эти трости, без которых он теперь не мог не только ходить, но даже стоять. – Мы шли под всеми парусами, шестибалльный ветер дул нам прямо в корму, неслись как угорелые; они же никуда не спешили, и правильно делали, потому что никак им не след терять хоть одну из этих посудин с углем, которые они тащили на буксире. – Его звали Шилинг, и он только что прибыл на берег со своего корабля «Танцующее облако», появившегося в Иокогаме совершенно неожиданно. Этому высокому бородатому человеку с обветренным лицом было сорок два года, двадцать восемь из них он служил Благородному Дому. – Мы просто поприветствовали их, не снижая хода.
– Чая, капитан? – спросил Макфей, механически наполняя его чашку: из долгого общения он знал, что это был любимый напиток капитана.
В море он пил его постоянно, днем и ночью, тяжело нагружая чашку сахаром и концентрированным молоком. Они сидели в комнатах Малкольма за большим столом, и, как и тайпан, Джейми едва слушал, приковавшись взглядом к запечатанному пакету с почтой под мышкой у капитана: на пакете был оттиснут герб Благородного Дома.
– Благополучного вам плавания, капитан.
– Благодарю вас, сэр. И… и удачи вам, мистер Струан, во всем. И вам, Джейми.
Он повернулся и направился к двери, а Малкольм тем временем сломал печать на пакете, но прежде, чем капитан успел коснуться дверной ручки, дверь открылась. На пороге стояла Анжелика. Капор, темно-синее платье, перчатки, зонтик от солнца. Она лучилась так, что у всех троих мужчин перехватило дыхание.
– О, прости,
– Да нет, все хорошо, входи. – Малкольм неуклюже поднялся на ноги. – Позволь представить тебе капитана Шилинга с «Танцующего облака».
– Ла-ла, мсье, такой роскошный корабль, вам очень повезло.
– Да-да, так оно и есть, мисс, – сказал Шилинг, улыбаясь ей в ответ. «Клянусь Господом, – подумал он, не встречавшийся с ней раньше, – кто стал бы винить Малкольма?» – Всего доброго, мисс. – Он отдал честь и вышел, уже против своей воли: теперь он с удовольствием задержался бы ненадолго.
– Прости, что отрываю тебя, Малкольм, но ты просил зайти за тобой перед обедом, сегодня мы обедаем у сэра Уильяма, и ты не забыл, что сегодня днем у меня также урок фортепиано с Андре, и я договорилась, что в пять часов нам сделают дагеротип. Привет, Джейми!
– Наше с тобой изображение?
– Да, ты помнишь того смешного итальянца, который прибыл на сезон из Гонконга с последним пакетботом? Он их и изготовляет, и он гарантирует, что мы получимся очень красиво!
