Гайдзин полностью

– Хирага, – заметил Акимото, – если Ёси отдал Кацумату этой Мэйкин, это было какое-то вознаграждение, neh? В обмен на то, что она предала его? Райко сделает с нами то же самое. Может быть, она и есть тот предатель, который выдал их обоих Ёси, а?

Такэда поднялся на ноги:

– Давайте убьем ее и начнем.

– Сядь! – прорычал Хирага. – Райко нужна нам. Она доказала в прошлом, что полезна нам, и ты забываешь, что ни одной маме-сан никто не доверяет до конца. Сядь, Такэда, рассуждай последовательно. Она не предаст нас, она всего лишь жадная до денег старуха, как любая другая мама-сан, которая сдерет с тебя полную цену по третьему рангу, хотя девушка будет просто уличной шлюхой, которая не стоит и медного моммэ[48]. Мэйкин в прошлом передавала нам важные сведения, это благодаря ей мы застали врасплох Утани, любившего мальчиков. Ее саму предали. У Ёси и бакуфу тысячи шпионов.

– Здесь для нас небезопасно. – Акимото вздрогнул всем телом. – Я ненавижу это место. Эта Ёсивара гайдзинов заражена их чумой. Я согласен с Такэдой. Нападем, а там убежим или умрем.

– Пока рано. Дайте мне подумать.

Такэда, прищурившись, наблюдал за ним:

– Ты знал эту Мэйкин?

– Много лет назад… – Хирага едва не добавил: «И Койко тоже».

Его так и подмывало рассказать им о подлинной причине этого предательства, но он решил промолчать, с наслаждением представляя себе, как умирал Кацумата. «Теперь Сумомо отомщена, и Койко тоже. Теперь их дух обратится в ками или они возродятся на тридцать первый день, это уж как боги решат, если они существуют. Теперь я могу забыть о них, хотя все они всегда будут жить вечно.

Сэнсэй молил о пощаде? И все эти годы мы боготворили его, слушали его! Какими мы были остолопами, – с отвращением подумал он. – Ладно, этого труса осмеют и оплюют в листках с новостями, и скоро сказители и музыканты перескажут историю о том, как он предал Сумомо и Койко, и как мама-сан отомстила за них, и о ее последнем желании. Ах, как она умела держать себя!»

У него невольно вырвался нервный смешок, и он изобразил высокий голос оннагаты – мужчины-актера, который исполнял женские роли, поскольку женщины не допускались на сцену:

– «Горячая баня и чистые одежды. Пожалуйста?» Эта фраза будет давать полные сборы кукольным театрам и театрам кабуки из поколения в поколение!

– Бака на кабуки! – негодующе воскликнул Такэда. – Сэнсэй будет отомщен. Честь будет восстановлена. Сегодня ночью мы нападаем, как было решено, вы возьмете на себя корабль, я возьму церковь, одну и вторую, и буду убивать каждого гайдзина, какого встречу, пока меня не убьют. Что ты скажешь, Акимото? – Он встал и выглянул в окно. До ночи оставалось недолго. Вдруг он заметил, как ветер прошелестел по кустам. – Смотрите! Это знак богов! Ветер набирает силу. Он дует с юга!

Акимото одним прыжком очутился рядом с ним:

– Это правда, Хирага!

На мгновение Хирага растерялся. Неужели это и в самом деле знак?

– Никакого нападения, сегодня – нет. Никакого нападения!

Такэда резко обернулся:

– Я говорю, нападение. – Горящими глазами он посмотрел на Акимото. – Ты согласен? Сонно-дзёи!

Акимото колебался. И гнев, и уверенность Такэды сильно подействовали на него.

– Пожар прикроет наш отход, Хирага.

– Маленький, может быть, – раздраженно отрезал Хирага, – но не попытка сжечь всю Иокогаму. – Его мысли метались из стороны в сторону; он не мог придумать иного решения, кроме своего окончательного плана, а его нельзя было осуществить без помощи Тайры и не разжав стальную хватку Ёси у себя на горле. – Завтра или на следующий день, мы могли…

– Сегодня, – настаивал Такэда, едва сдерживая свой гнев. – Сегодняшняя ночь – дар нам свыше, боги говорят с нами!

– В это время года ветер устанавливается надолго. Нам нужны еще люди, чтобы сжечь Поселение. Один из нас должен отправиться за ними в Эдо. Такэда, ты мог бы пойти.

– Как? Ты же сам говорил, что блюстители повсюду. Как?

– Не знаю, Такэда. – Хирага неуверенно поднялся. – Подождите, когда я вернусь, тогда мы сможем принять решение. Я поговорю с Райко, скажу ей, что мы уйдем завтра, – мы останемся, но так я ей скажу.

– Ей больше нельзя доверять.

– Я все твержу тебе, что ей никогда и не доверяли. – Хирага вышел и отыскал ее.

– Хорошо, Хирага-сама, вы можете остаться. – Райко совладала с паникой, согретая изнутри бренди, и с тупым безразличием предоставила себя своей судьбе.

– Тайра сегодня здесь?

– Нет, и завтра тоже. Фурансу-сан здесь. Я знаю, что здесь.

– Пошлите за Тайрой. Вы ведь можете это сделать, не так ли?

– Да, а когда он придет, что мне сказать ему? – равнодушно спросила она, потом вздрогнула и в один миг пришла в себя, когда Хирага процедил сквозь зубы:

– Вы скажете ему, Райко, что Фудзико приняла решение и больше не желает подписывать контракт, что другой гайдзин обратился к вам, предложив более выгодные условия.

– Но цена ее контракта фантастически хороша, он не дурак, он сравнит цены, и я потеряю его: он уйдет в другой дом, он уже побывал в некоторых. Я потеряю его.