Гайдзин. Том 2 полностью

Вакура радостно изобразил смиренное раскаяние на лице и в манерах. Это была кульминация долгих лет интриг в поддержку желаний императора, мнения большинства даймё, большинства придворных аристократов, Огамы, который ныне правил в Киото, хотя Врата будто бы опять охранялись ненавистным всем сёгунатом, но только с разрешения Огамы, а также принцессы Иядзу и, что было важнее всего, в поддержку его собственных взглядов.

Его восхищало то, как умело и мудро он выбрал момент несколько дней назад. Он подстерег принцессу во время ее утренней прогулки в дворцовом саду и одним ходом нейтрализовал Сёгунат, бакуфу и Ёси, самого опасного из своих противников:

– Принцесса, я слышал, некоторые придворные из приближенных к Божественному, имея в сердце ваши интересы, шепчут, что повелителю, вашему супругу, следует назначить князя Нори Андзё тайро, и сделать это как можно скорее.

– Андзё? – не веря своим ушам, переспросила она.

– Мудрые люди полагают, принцесса, что это следует проделать быстро и тихо. Заговоры в Эдо полнятся, и это устранит вмешательство… честолюбивых врагов, – осторожно заметил он, – врагов, которые постоянно стараются принизить вашего высокочтимого супруга, которые также должны иметь связи с проклятыми сиси. Вспомните Оцу!

– Словно я могу когда-нибудь это забыть! Но Андзё – не то чтобы я имела какое-то влияние устроить это – тупица и дурак. Как тайро он станет еще высокомернее.

– Это так, но возвысить его над остальными старейшинами, возможно, будет небольшой ценой за то, чтобы ваш повелитель сёгун чувствовал себя спокойно до своего совершеннолетия и чтобы заткнуть рот его… его единственному сопернику, князю Ёси.

– А тайро мог бы сместить его с должности опекуна?

– Вероятно, принцесса. Еще один довод в пользу Андзё, шепчут мудрые, заключается в том, что он является идеальным инструментом, чтобы использовать его против гайдзинов: он простоват, но послушен просьбам императора. Божественный заметит такую преданность и, без сомнения, не оставит такую услугу без награды. Чем быстрее и тише это сделать, слышал я от мудрых, тем лучше.

Так легко было посеять это зерно, которое проросло и распустилось, как одна из орхидей в моей оранжерее на почве, удобренной сверх меры, – как мудро я поступил, устроив ее брак. Несколько слов, которые она шепнет на ухо этому юному полудурку, мнение нескольких зависимых от меня придворных, мой собственный совет, за которым он тут же обратиться ко мне и так же быстро получит, – и дело сделано.

Ну а теперь ваша очередь, Торанага Ёси, радостно думал он, Ёси Прекрасный, Ёси Хитрый, Ёси Сильный, высокородный узурпатор, выжидающий и сопящий в крылья власти, готовый развязать гражданскую войну, которой страшатся и я, и все, кроме кучки радикальных аристократов, войну, которая покончит с возрождением власти императора и снова бросит императорский двор под пяту любому новому грабителю-военачальнику, который оседлает Дворцовые Врата и поэтому сможет лишить нас содержания и опять превратить в нищих.

Он подавил нервную дрожь. Не так много поколений тому назад тогдашний император был вынужден продавать свою подпись на улицах Киото, чтобы заработать денег на еду. Не так много поколений тому назад придворные браки устраивались с честоюбивыми выскочками-даймё сомнительного происхождения, чьими единственными правами на более высокий ранг были успехи в войне и деньги. Не так много лет назад…

Нет, подумал он, ничего этого не случится. Как только сонно-дзёи станет реальностью, наши преданные друзья-сиси разойдутся по домам, все даймё склонятся перед ним, мы при дворе будем править и наш золотой век настанет вновь.

Он кашлянул и раскинул широчайшие рукава своего богатого придворного одеяния так, чтобы они легли более, на его взгляд, изысканно, наблюдая за Ёси. Его глаза прищурились на тяжелом лице, накрашенном согласно придворным обычаям.

– Приказ изгнать гайдзинов послужит на благо всем нам, господин, с этим нельзя не согласиться. Давно известное и мудрое отвращение, которое император испытывает к гайдзинам и Соглашениям, найдет выход, и наша Земля Богов будет избавлена от них навсегда. Это должно радовать и вас также, князь Ёси.

– Если бы этот приказ имел смысл, то да. Если бы ему подчинились, то да. Если бы мы располагали средствами добиться его выполнения, то да. Но ничего из этого не произойдет. Почему со мной не посоветовались?

– С вами, господин? – Нарисованные брови Вакуры взлетели вверх.

– Я опекун наследника по императорскому назначению! Мальчик не достиг совершеннолетия и не отвечает за свою подпись.

– О, прошу прощения, господин… будь это предоставлено мне, разумеется, вашего одобрения искали бы в первую очередь. Прошу вас, не вините меня, господин, я ничего не решаю, лишь даю предложения, я всего лишь слуга двора, слуга императора.

– Со мной должны были посоветоваться!

– Я согласен, прошу прощения, мы живем в странные времена.

Лицо Ёси напряглось. Вред был нанесен. Ему придется вытаскивать Сёгунат из их собственного дерьма. Идиоты! Как?