Гайдзин. Том 2 полностью

– Но вы здесь почти совсем нисколько не пробыли, господин, – сказал Вакура, молча поздравляя себя. – Конечно, наше гостеприимство не могло быть таким ужасным?

– Нет, не ужасным. Итак, какая еще гнусная новость есть у вас для меня?

– Никакой, господин. Прошу простить, что я пересказал что-то, расстроившее вас. – Вакура позвонил в колокольчик. Тут же вошел паж с раскрашенным лицом, неся чай и тарелочки с финиками; его зубы тоже были вычернены. – Спасибо, Оми. – Мальчик улыбнулся ему в ответ и вышел. – Эти финики самые сладкие из всех, какие я когда-либо пробовал. Из Сацумы.

Финики были большие, их облили медом и высушили на солнце. Глаза Ёси сузились. Он взял один; то, что они оказались из Сацумы, не было совпадением.

– Они превосходны.

– Да, действительно. Жаль, что даймё Сандзиро не так приятен, как фрукты, которые выращивают его крестьяне-воины. Любопытно, что самураи в Сацуме могут быть и теми и другими, оставаясь при этом самураями.

Ёси выбрал себе еще один.

– Любопытно? Это просто их древний обычай. Скверный обычай. Пусть уж лучше люди будут самураями или крестьянами, выбирают либо одно, либо другое, в соответствии с Завещанием.

– Ах да, Завещание. С другой стороны, Сёгун Торанага позволил этому роду сохранить свои земли и свои головы после Секигахары, хотя они сражались против него. Возможно, он тоже любил финики. Интересно, neh?

– Возможно, он удовлетворился тем, что они пали перед ним ниц прямо в грязь, смиренно передали ему власть над Сацумой, смиренно поклялись в вечной покорности и, еще более смиренно, поблагодарили его, когда он вернул им Сацуму в качестве родового удела.

– Он был мудрым правителем, очень мудрым. Но теперь Сацума под властью Сандзиро уже не ведут себя так смиренно.

– Это справедливо и в отношении других, – язвительно заметил Ёси.

– Как я сказал, мы живем в странные времена. – Вакура не спеша выбрал еще один финик. – Ходят слухи, что он готовит свои отряды, и свое княжество к войне.

– Сацума всегда готовы к войне. Еще одна из их древних традиций. Вы должны назвать мне имя своего поставщика фиников, – сказал Ёси. – Нам пригодился бы поставщик в Эдо.

– С радостью. – Вакура назвал ему имя, зная, что никогда не передаст ему свою сеть шпионов, никогда. – Некоторые мудрые советники полагают, что на этот раз Сандзиро действительно принесет войну на большую землю.

– Войну против кого, первый канцлер?

– Я полагаю, против тех, кого он считает своими врагами.

– И кто же они? – терпеливо продолжал Ёси, желая заставить Вакуру говорить в открытую.

– Ходят слухи, что это Сёгунат, прошу прощения.

– Он очень и очень пожалеет, если развяжет войну против закона этой страны, первый канцлер. Эти мудрые советники, о которых вы упомянули… возможно, им следует быстро посоветовать ему не быть таким глупцом. Советники тоже могут быть глупцами, neh?

– Я разделяю ваше мнение. – Вакура улыбнулся одними губами.

– Я согласен, что у Сандзиро воинственный нрав, но он не глупец. Тоже можно сказать и про Огаму из Тёсю. И Ёдо из Тосы. Все повелители Внешних Земель воинственны и постоянно маневрируют – всегда были такими… как и некоторые недалекие, не в меру честолюбивые чиновники двора.

– Даже если бы это было правдой, что горстка чиновников могла бы сделать против великого сёгуната, господин, когда весь двор не имеет ни армии, ни земель, ни коку, когда все они зависят от щедрости сёгуната, определяющего их содержание?

Ёси улыбнулся, также без всякого веселья.

– Они сеют недовольство среди честолюбивых даймё… О, кстати, это мне напомнило, – сказал он, решив, что Вакура зашел слишком далеко и заслуживает кнута, – возможно, в этом дивном уединенном уголке вы этого еще и не знаете, но в этом году и в следующем во всем Ниппоне будет голод, даже в моем Кванто. Ходят слухи, что содержание двора будет урезано, в этом году и в следующем, думаю, наполовину. – Он с радостью наблюдал, как Вакура едва не окосел от злости. – Прошу прощения.

– Да, прошу прощения, это будет печальный, печальный день. Уже и сейчас времена достаточно тяжелые. – Вакура подавил в себе желание кричать и угрожать, стараясь оценить, хватит ли у Ёси власти выдвинуть такое предложение и добиться его принятия. Не он один этого желает, даймё постоянно жалуются, и Совет старейшин, конечно, согласится с ним. Но тайро Андзё отменит их решение, зачем же еще он там, как не выполнять нашу волю. Огама? Этот высокомерный пес одобрил бы уменьшение содержания, как и Сандзиро, как и все остальные! Андзё лучше взять верх над ними!

Вакура нацепил любезнейшую из своих улыбок.

– Принц-советник спрашивает, не поделитесь ли вы с ним письменно своими взглядами на Сацуму, Тёсю и Тосу, особенно на ту опасность, которую представляет Сацума, и как в будущем двор мог бы помочь сёгунату и избежать недопониманий.

– Я с радостью сделаю это, – сказал Ёси, светлея лицом. Это была бы для него чудесная возможность.