Сайго смотрел в спину удаляющимся врагам. Удивительное сияние наполнило каждую клеточку его тела, и вся его уверенность вернулась к нему. Подождав ещё немного, когда патруль скрылся за углом, он дал знак своим группам выдвигаться на заранее указанные позиции. Невидимые за густым кустарником, четыре человека скользнули вправо от него, двое влево. Когда все заняли свои места, он глубоко вдохнул, чтобы унять биение сердца. Новый крик ночной птицы дал приказ начинать.
Тотчас же крайняя пара сиси справа от него выскользнула из кустов на дорожку, поправляя завязки штанов, и не спеша двинулась прочь, обняв друг друга, как это делают влюбленные. Через несколько мгновений их заметили стражники у ближайшей изгороди.
— Остановитесь, вы двое!
Оба юноши подчинились, и один из них крикнул:
— «Голубая радуга», «Голубая радуга», господин сержант, — и оба рассмеялись, притворяясь смущенными, что их увидели, потом повернулись и, рука в руке, двинулись дальше.
— Стойте! Кто вы такие?
— Ах, прошу прощения, просто друзья, вышедшие на ночную прогулку, — сказал первый юноша своим самым мягким, самым нежным голосом. — «Голубая радуга», разве вы забыли наш пароль?
Один из самураев рассмеялся и заметил:
— Если капитан поймает вас «гуляющими» в кустах так близко отсюда, вас ожидает больше чем «Голубая радуга», и обе пары ваших ягодиц узнают удары другого рода!
Снова оба юноши изобразили веселый смех. Все так же не спеша они зашагали прочь, не обращая внимания на более требовательные приказы остановиться. Наконец сержант прокричал:
— Вы двое. Подойдите сюда, немедленно!
Они на секунду повернулись к нему лицом, крикнув жалующимся голосом, что нет ведь ничего дурного в том, что они делают. Сайго и остальные, прикрытые этим отвлекающим маневром, переползли тем временем на исходные позиции для решающего броска. Дрожа от возбуждения, что их не заметили, они передохнули мгновение, понимая, что это прикрытие почти исчерпало себя. Крик ночной птицы, который издал Сайго на этот раз, был достаточно громким, чтобы оба юноши его услышали.
Без колебаний они притворно расхохотались и, не разжимая рук, весело припустили прочь от стражников, словно играя с ними. Тропинка неосторожно вывела их в круг света, и это позволило самураям в первый раз хорошенько их рассмотреть. С криком ярости сержант и ещё четыре человека бросились за ними. Часовые у дальних главных ворот вглядывались в темноту, пытаясь понять, что происходит, а те стражи у изгороди, которые могли видеть их, подзывали к себе стоявших рядом, все они были начеку.
Обоих сиси быстро окружили. Спина к спине, подняв мечи, они стояли в центре круга, осыпаемые градом вопросов, и не было уже ничего женоподобного в их боевой стойке и в том, как раздвинулись их губы, обнажив крепко стиснутые зубы.
Взбешенный, сержант сделал шаг вперед. Юноша, стоявший напротив него, приготовился. Его правая рука метнулась в рукав, в ней сверкнул сюрикен, и, прежде чем сержант успел пригнуться или отскочить в сторону, пятиконечная стальная звездочка глубоко вонзилась ему в горло, и он упал, захлебываясь собственной кровью. Оба сиси прыгнули вперед и заработали мечами, но ни одному не удалось вырваться из круга, и хотя они сражались мужественно, ранив трех самураев, они не могли равняться силой с остальными, которые старались разоружить их и захватить живыми, но не могли.
Меч вонзился в поясницу одному из юношей, и он вскрикнул, раненный тяжело, но все же недостаточно, чтобы убить его на месте. Второй круто повернулся, спеша к нему на помощь, и в этот миг получил смертельный удар, и, умирая, повалился на землю. «Сонно-дзёи», — выдохнул он. Пораженный ужасом, его товарищ услышал его, сделал последнюю беспомощную попытку сразиться со своим противником, потом вдруг повернул меч к себе и упал на него.
— Разыщите капитана, — сказал самурай, тяжело дыша, кровь струилась из глубокой раны у него на плече. Один из них убежал, а остальные обступили тела. Сержант ещё издавал булькающие звуки, но жизнь быстро истекала из него. — Ему мы ничем не можем помочь. Никогда не видел, чтобы кто-то так быстро метал сюрикен. — Один воин нагнулся и перевернул оба трупа на спину. — Смотрите-ка, предсмертные стихотворения! Сиси, так и есть, — и-и-и-и, оба из Сацумы! Они, должно быть, сумасшедшие.
— Сонно-дзёи! — тихо пробормотал другой. — Это не сумасшествие.
— Безумие, произносить такое вслух, — предупредил его асигару с твердым лицом. — Если офицер услышит тебя…
— Послушайте, эти проклятые собаки знали пароль, здесь прячется предатель! — По-настоящему встревожившись, они посмотрели друг на друга.
Справа от них люди на кухне стояли как громом пораженные, не понимая, что происходит. Многие самураи оставили свои посты у живой изгороди и теперь в изумлении рассматривали тела, открыв нападавшим ту самую лазейку, на которую рассчитывали Кацумата и Сайго.
