— Это Петровская. Она представлялась следователем.
— Неприятная женщина. Каждый раз после ее появления, я чувствовала себя облитой грязью, словно упала в болото. Подожди! Зачем следователю понадобилось…
— Она не следователь. Ее наняли, чтобы переманить меня на работу в США. Любым способом. И ей это почти удалось.
— Петровская… — Ольга задумалась, потом пугливо обернулась. — Мне кажется, я ее здесь видела!
— Где? Когда?
— Сегодня. В лаборатории или рядом. Только прическа была какая-то иная.
— Она пользуется париками. — Антон вспомнил враждебный взгляд, уколовший его при выходе из лаборатории, и пробормотал. — Если это была она, то… — Страшная догадка пронзила его. — Она пришла, чтобы доделать то, что ей не удалось при пожаре! Что с Вовой Гриценко?
Шувалов почти бегом устремился в лабораторию. Там были только сотрудники Семерки. За стеклом рядом с мальчиком находилась Репина и некая женщина, лица которой было невидно. Нейрохирург заполняла бумаги, а незнакомка как коршун склонилась над пациентом. В ее руке что-то блеснуло.
Антон ворвался в бокс, дернул женщину за плечо и перехватил запястье. Заплаканные глаза полной женщины непонимающе уставились на него. Из руки вывалился шоколадный батончик в разорванной фольге.
— Кто вы? — спросил Антон.
— Это моя мама, — ответил радостный Вовка. Если бы не перевязанная голова, мальчик выглядел бы почти здоровым.
— Здесь была Петровская? Она может изменить внешность, — обратился Антон к Репиной. Та удивленно пожала плечами и отрицательно мотнула головой. Шувалов немного расслабился. — Это хорошо. Никого из посторонних к мальчику не подпускай. Если увидишь Петровскую, сообщи мне.
— В чем дело? — озабоченно спросила мама Вовы Гриценко.
В боксе, как в больнице, пахло медикаментами. Медицинский запах нагнетал печаль.
— Знаете, вы можете забрать сына домой, — предложил Шувалов. — Перевязки и наблюдение мы организуем.
— Вова уже поправился?
— Практически. Обычный постельный режим в течение недели и минимум лекарств. Елена Марковна вам подскажет.
— Мама, я же говорил, что чувствую себя хорошо, — пытался бодриться мальчик. — А можно, чтобы Саша поехал вместе с нами? На чуть-чуть.
— Хорошо, — согласился Антон. — Вы договаривались играть с ним в шашки?
— Я люблю в «чапая».
— Можно и в «чапая», — улыбнулся Шувалов, выглянул в лабораторию и позвал: — Саша! — Никто не откликнулся. Сотрудники недоуменно озирались. Только сейчас Антон понял, что не видел мальчика ни в коридоре, ни в лаборатории. — Саша! — Глаза тревожно забегали по присутствующим и уперлись в жену: — Где Саша?
— Я думала он с Вовой, — развела руки Ольга.
— Он был здесь, — подтвердила Репина. — А потом куда-то делся.
Шувалов вышел из бокса и требовательно спросил:
— Кто-нибудь видел моего сына?
— По-моему, он ушел вместе с мамой, — робко предположила новенькая лаборантка.
— Вот его мама! Он с ней уходил?
— Нет. То была другая женщина.
— Да что же это такое! Куда все смотрели? — накручивал себя Антон.
— Мы его поищем. Он где-то здесь. — Заверили сразу несколько человек. — Наверное, бродит по институту. Для мальчика здесь столько интересного.
Шувалов направился в коридор, собираясь искать сына, но в дверях его остановил звонок мобильного. Антон выхвали трубку.
— Шувалов слушает!
— Антон, это Ник Наумов из Бостона. Привет, коллега. Ты чего так дышишь?
— Николай, мне сейчас не до пустых разговоров. Я перезвоню.
— Это не пустой разговор, Антон.
— Если ты про переезд, то я передумал.
— Мне кажется, ты поспешил.
— Я сам решаю, как мне жить! — огрызнулся Шувалов. — И не звони! Лучше контролируй свою жену!
— Заткнись! — рявкнула трубка. Наумов впервые повысил голос. Его тон стал не упрашивающим, а повелительным. — А теперь сядь и слушай.
— И не собираюсь!
— Речь пойдет о твоем сыне!
Услышав упоминание о Саше, Шувалов невольно подчинился и опустился в офисное кресло.
— Ты сидишь?
— Не твое дело, — сдерживая себя, ответил Антон.
— Тогда слушай. Алиса Петровская — моя бывшая жена…
— Я знаю.
— Всё это время мы действовали заодно. Наша задача была — заставить тебя уехать в Америку.
— И это я знаю, но должен тебя разочаровать. Я принял решение, и никуда не поеду.
— Не спеши. Ты знаешь еще далеко не всё. Боюсь, последняя новость тебя не обрадует. — Наумов взял паузу. В душе Шувалова нарастала тревога. Прошла целая вечность, прежде чем телефонная трубка с усмешкой выплюнула: — Ты уже начал искать Сашу?
По крайней степени беспокойства, которое отобразилось на лице Антона, Ольга поняла, что речь идет чем-то очень неприятном. Она подошла и опустила руку на его плечо. Шувалов благодарно накрыл ее пальцы.
— Что ты о нем знаешь? — спросил он Наумова.
— Позволь маленькую предысторию.
— Говори быстрее.
— У нас с Алисой дочка, — заторопился Ник. — Ей всего шесть лет, как и твоему Саше. Несколько месяцев назад она получила тяжелую травму головы. Мы взяли в банке большие деньги на ее лечение. Сейчас деньги надо отдавать, а результата почти нет. Наша девочка до сих пор между жизнью и смертью.
— Я понимаю, это ужасно и тяжело. Но чем вам помешал я?
