— Оксана, у вас настоящий талант! Рисуйте дальше, и ради Бога никогда не прекращайте этого делать. Потому что стоит перестать рисовать хотя бы на один день, и считайте, что вы потеряли целый месяц ваших упорных стараний.
Она всегда говорит нам эти слова, это уже что-то вроде ее личной фишки. Да уж, да если я и захочу прекратить рисовать, то все равно не смогу этого сделать. Если в моей руке долго нет кисти или карандаша, ее начинает ломить как от боли. Слова Вероники Викторовны мне очень приятны, ее мнение вообще очень важно для меня, ибо нет более строгого и трудолюбивого учителя, чем она. Я хорошо помню, как нас пугали, когда отдали ей нашу группу. Говорили, что с ней нам придется столько работать, что нам и во сне не снилось. Что больше всего она не терпит лень и глупость. И под ее началом мы проведем много бессонных ночей, выполняя все ее задания. Все это оказалось правдой, но мне настолько комфортно работать с ней, что лучшего преподавателя по живописи я для себя не вижу. И, несмотря на ее требовательность, ее уроки для меня одни из самых любимых.
Когда пара подходит к концу, и мы начинаем убирать мольберты к стене, ко мне подходит Таня Полякова, невысокая брюнетка с вечными розовыми заколками на голове. Она хорошая и дружелюбная девушка, мне она симпатична:
— Оксана, ты с нами?
— Что с вами? — не совсем понимаю я.
— А ну да! Тебя же в субботу не было. Неужели прогуляла? — лукаво улыбается она.
— Нет, я просто плохо себя чувствовала. Наверное, чем то отравилась, — ну что делать, приходиться врать. Правду сказать я все равно не смогу. К тому же доля правды в моих словах все же есть, я действительно здорово отравила себе мозги, напившись этим шоколадным взрывом.
— А! Ну да, ну да, — понимающе качает она головой, — так вот, у нас намечается одно мероприятие на выходных.
— А точнее мега мероприятие, — отзывается другая студентка. — Мы хотим немного расслабиться, выпить, снять стресс перед экзаменами.
— Ясно, и что конкретно вы задумали? — я складываю руки на груди, не совсем уверенная, что это может быть хорошей идеей. Не после того, как я совсем недавно переборщила с алкоголем.
— Снять домик на турбазе, — с горящими от предвкушения глазами рассказывает Таня, — на сутки. Вечером в субботу приедем, а в воскресенье уедем. Мы уже все разузнали и даже посчитали по сколько складываться. Ну, ты с нами? Давай! Когда еще так получится выбраться?
— Может лучше после всех экзаменов? — делаю я предложение.
— Нет, половина группы сразу же разъезжается кто куда, к тому же нам точно нужен отдых, — настаивает Таня. — Ты и сама понимаешь, какой тут сейчас напряг. Нам просто необходимо снять напряжение!
Я помню, чем закончилась последняя моя вылазка с друзьями, и содрогаюсь от этого. И хотя, теперь воспоминания потихоньку начинают блекнуть, все равно думать об этом неприятно, и сомневаюсь, что когда-нибудь это изменится. Хотя, похоже, никто из всех, кто там был уже, и не вспоминает о том инциденте, и может, в самом деле, пора вернуться в нормальную студенческую жизнь?
— Думаю, Оксана не сможет, ей нужно заниматься. Ей ни в коем случае нельзя прекращать рисовать ни на один день, — вставляет ядовитые слова Лариса, посматривая на меня нахальным взглядом, вертя кисточку в своих руках.
— Хорошо, я с вами! — сама даже не понимаю, когда успела дать команду открыться своему рту.
Таня радостно вскидывает вверх кулачки:
— Ребят! Оксана тоже с нами! — кричит она на всю аудиторию, пританцовывая. И все так же весело ее поддерживают. Это приятно, я даже удивлена от того, насколько это приятно. Но сразу мысленно даю себе обещание пить только лимонад или сок. Все дружно начинают обсуждать, как нам будет весело, надеясь, что погода не подкачает и день будет таким же солнечным, как и все предыдущие дни. И только у Ларисы такая скучная мина, что мне до чесотки на языке необходимо что-то съязвить в ее сторону:
— Ларис, ты что лимон съела? Аж всю тебя перекосило, — сочувственно смотрю на нее и, видя, как выражение ее лица тут же сменяется на удивленное и даже испуганное, мысленно шлю ей: «Выкуси, стерва!»
— С тебя тысячу рублей, — Таня касается моего локтя, пытаясь обратить на себя внимание, — нужно отдать до пятницы. Потому что в пятницу мы поедем закупаться.
— Не нужно ждать до пятницы, — я лезу в сумку и достаю из кошелька купюры. — Держи.
— Круто! — Таня убирает деньги к себе и записывает мое имя к себе в блокнот с пометкой «сдала».
Вот и все, первый шаг сделан, Оксана. Я мысленно себя хвалю и пытаюсь напомнить, что теперь все будет по другому.
